Книга Когда белые древа перестанут цвести. Том первый, страница 102 – Шань Фэн

Сунь Юнху запихнул в рот несколько кусочков пирожного и снова кивнул.

— Угу.

Тонкие пальчики Хао Янмэй вцепились в многослойные наряды.

— Тогда Мы приказываем тебе обучать Нас! – чтобы скрыть смущение, девушка гордо вскинула голову, но её щёки и кончики ушей всё равно выдали, какой стыд она испытала, произнеся это вслух.

— Я не могу, – совершенно спокойно ответил Сунь Юнху, проглотив угощение. Он встал и поклонился молодой госпоже, намереваясь уйти. – Прошу меня извинить.

Лицо Хао Янмэй побледнело, а потом покраснело больше прежнего.

— Что значит не можешь? – девушка вскочила со стула.

Сунь Юнху почесал нос.

— Мои успехи – заслуга Люи, который все эти дни занимался со мной по вечерам. Так что молодой госпоже будет лучше обратиться к нему. Или к брату Сялиню. Хотя вряд он станет…

К такому Хао Янмэй не была готова. Она даже к наставникам не стала обращаться, чтобы не позорить себя. Как можно пойти со столь унизительной просьбой к тому, кого она всей душой презирала?

В этот момент девушка прокляла своё прошлое нежелание обучаться «лишним» дисциплинам. Она всегда полагала, что рядом найдутся те, кто прочтут и напишут за неё всё, что нужно, и не утруждала себя чрезмерными нагрузками, предпочитая игру в шахматы и этикет. Теперь, когда Хао Янмэй вознамерилась отличиться на празднике императрицы, прошлые решения вышли ей боком.

— Это можешь быть только ты! – выпалила девушка, преградив Сунь Юнху путь к выходу.

Юноша замер. Отчего молодая госпожа так упорствует? Ну да, прежде она открыто выражала неприязнь к Люи. Но разве он какой-нибудь монстр, чтобы вспоминать об этом, когда соученице требуется помощь? Он совершенно не такой человек. Сунь Юнху не понимал чувств Хао Янмэй. Он ничего не знал об унижении, которое она ощущала во время их разговора. У него всё было просто: когда юноша что-то не понимал, он спрашивал, когда ему нужна была чья-то помощь, он просил. И так же легко оказывал её сам. Если, конечно, это не сулило проблем.

— Ладно, я постараюсь сделать всё, что от меня зависит, – Сунь Юнху не хотелось продолжать этот спор. Молодая госпожа совершенно точно не намеревалась отпускать его, так чего ради сопротивляться? – Но многого не обещаю, – добавил он, чтобы Хао Янмэй не радовалась слишком сильно.

На мгновение на лице девы Хао промелькнула неподдельная радость, но она тут же взяла себя в руки и натянула привычную маску безразличия с ноткой высокомерия.

Как ни хотелось Сунь Юнху поскорее освободиться и пойти к Люи и Фэн Сялиню, в этот вечер он допоздна задержался в павильоне Хао Янмэй. К концу непредвиденных занятий юноша мог бы сказать, что молодая госпожа выпила из него все соки – таким опустошённым и уставшим он себя не чувствовал уже давно.

* * *

Тем временем в лесах и полях Вайди происходило странное: множество солнечных пятнышек обыскивали каждый уголок мира людей, тревожно передавая друг другу некую информацию. Прошло несколько дней, прежде чем они нашли то, что требовалось.

На высоком пне посреди леса сидела сгорбленная человеческая фигура, завёрнутая в золотисто-белый плащ, похожий на крылья божественной птицы. Лицо её скрывала маска из зелёного нефрита цвета молодой травы. Конечно, это был никто иной как бог, приходивший в деревню Лэй. Руки бога дрожали, а его кожу покрывал холодный пот. Его пребывание с-этой-стороны-гор слишком затянулось. Эликсиров, взятых с собой из Шаньшэнь, уже не осталось.