Книга Когда белые древа перестанут цвести. Том первый, страница 82 – Шань Фэн

Слуги у ворот пояснили господину, что хозяйка имела в виду приют при Храме богов. Коротко кивнув, мужчина запрыгнул обратно на лошадь и поехал в указанном направлении. Он, конечно, видел всякое, но таким образом его встречали впервые. Чем же этот ребёнок успел так насолить хозяйке?

Вместе с сумерками в деревне Лэй сгущался туман. Цокот копыт проваливался в него и тонул, не успев разнестись далеко. Наверное, поэтому здесь было так тихо – словно с наступлением темноты поселение вымирало.

Посыльный миновал площадь деревни Лэй и свернул в храмовый район. Устройство деревни было проще некуда, но отчего-то его лошадь то и дело норовила свернуть не туда. «Хоть бы фонари повесили, чтоб их!» – мысленно выругался мужчина, взвинченный после встречи с госпожой Цан.

Вскоре ему всё же удалось отыскать Храм.

Постучав в ворота, мужчина долго ждал, пока боковая створка приоткроется и из неё высунется голова монаха, стоявшего на часах.

— Мне нужно срочно увидеть настоятеля, – сообщил посыльный и без приглашения вошёл на территорию Храма, отодвинув зазевавшегося служителя богов в сторону.

Не успев открыть рот, чтобы возразить, монах смиренно кивнул и провёл господина во внутренние помещения, где шэньшоу как раз заканчивал вечерние молитвы перед алтарём с божественными изваяниями.

В ожидании завершения ритуалов посыльный позволил себе осмотреться и с любопытством приметил в молитвенном зале множество подношений и даров. Чтобы расположить некоторые из них, монахам даже пришлось поставить дополнительные стеллажи. Неужели в этой глухой деревне настолько почитали богов?

— Чем могу служить? – обратился к гостю настоятель, учтиво поклонившись. Он безошибочно определил, что мужчина явился из столицы – от него исходила та же аура, что и от господина Цзяна, который приезжал, чтобы сопроводить избранную дань во дворец.

— Я смотрю, ваша деревня процветает, – посыльный обвёл взглядом подношения.

Монах мягко улыбнулся.

— Это всё – пожертвования семей тех, кто не был избран, – пояснил он. Внутренне монах уже приготовился к расспросам о церемонии – иначе зачем ещё мог нагрянуть человек из столицы. Он ожидал, что его станут спрашивать о том, как получилось, что несовершеннолетний юноша стал божественным избранником, но прибывший господин внезапно поинтересовался прошлым Люи.

— Кем… были родители этого мальчика? – на несколько мгновений шэньшоу вперился глазами в посыльного. – Это мне неизвестно. Когда он появился в приюте, я служил в Храме другой деревни. Меня назначили сюда несколько лет назад.

После этого мужчины долго беседовали о характере Люи, его особенностях и привычках. Как выяснилось, настоятель мог рассказать не так много – этот ребёнок никогда не интересовал его. Шэньшоу помнил только, что несколько лет назад господин Ни внёс много пожертвований, чтобы закрепить юношу за своей лавкой.

При упоминании о торговце посыльный вспомнил госпожу Цан, вытолкавшую его со двора, словно шелудивого пса, и невольно поморщился.

— Может быть, кто-то из служителей Храма знает о нём больше? – настаивал мужчина.

— Ах да! – воскликнул монах после продолжительных раздумий. – Брат Су Ифэн старший в сиротском приюте. Он здесь дольше других детей. Наверняка он что-нибудь сможет вам рассказать, – настоятель поднялся и направился к дверям. – Я распоряжусь, чтобы его пригласили.