Книга Бескрайнее темное море. Том 2, страница 20 – Моргана Маро

— Достаточно, чтобы приблизиться к пониманию дао и найти свой путь в этом мире.

— К какому народу ты принадлежишь?

— Народу цзянь.

Девушка осталась довольна ответом и похлопала коня по шее, успокаивая. Тот все еще настороженно поглядывал на Сы Ху и рыл копытом землю.

— Что за человек рядом с тобой? Мудрец Ао?

— Меня зовут Цин Вэнь, – произнес третий принц.

— Ты? Цин Вэнь?! – воскликнула кочевница, склонившись и взглянув на него.

Принц отступил и обернулся к Фан Лао, но тот не спешил вмешиваться. Заклинатель рассматривал девушку: он не дал бы ей больше восемнадцати, густые волосы были забраны в косы с алыми лентами, на мужской одежде вышиты тигры, а глаза подведены красной сурьмой. В ней ощущался дикий нрав кочевников: вольная, как птица, и жестокая, как зверь. Должно быть, как и многие воины союза Лан, она привыкла убивать врагов одним движением. С ней стоило вести себя осторожнее.

— Меня зовут Чань Ю, – наконец произнесла девушка, закинув за спину лук и стрелу. – Я дочь великого шаньюя Чань Цы. Пока вы в Вэйдахае, никто не посмеет причинить вам вреда. Идите за мной.

Она уже собиралась развернуть коня, как вспомнила о Сы Ху и бросила:

— С тобой поговорим в следующий раз.

Кочевник лишь улыбнулся, миролюбиво вскинув ладони.

Запрыгнув на коней, Фан Лао и Цин Вэнь направились следом за Чань Ю. На миг их накрыла тень, и на плечо заклинателя приземлился черный ворон.

Не считая привала у малоу, Фан Лао никогда до этого не бывал в становищах племен, хотя во время странствий видел вдали белые пологи. Юрты стояли на расстоянии друг от друга. Просторные проходы между ними вели к кострам, вокруг которых сидели мужчины и женщины, не обращавшие внимания на незнакомцев. Дети же, одетые в легкие штаны и рубашки, гонялись друг за другом, таская игрушки из соломы.

Чань Ю остановилась у юрты, выглядевшей богаче остальных. На пологе были вышиты десятки животных – многих из них Фан Лао видел на тотемах, – а перед ней высились знамена, на которых был изображен белый тигр с оскалившейся мордой.

Спрыгнув с коня, Чань Ю замерла в паре шагов от входа и, преклонив колени, произнесла:

— Великий шаньюй, прибыли мудрец Фан и человек, который зовет себя Цин Вэнем!

Некоторое время ответом была тишина, но вот из глубины юрты донесся негромкий голос:

— Пускай войдут.

Выпрямившись, Чань Ю приподняла полог, позволяя Фан Лао и Цин Вэню войти в юрту. Внутри оказалось просторно и светло. Помещение разделял легкий полог. В передней части, которой отводилось больше места, стояли распахнутые сундуки и короба, в них лежали свитки и книги; у самого полога расположились крепкие складные табуреты и столик, а дальше угадывалась постель из шкур. Запахи благовоний и чая тесно переплетались.

В кресле, держа в руках бамбуковый свиток, сидел крепкий мужчина с сединой в волосах. Его лицо испещрили морщины, у левого глаза темнел ожог, отчего веки с трудом закрывались, а уха и вовсе не было. Как и Хэ Ланцзян, великий шаньюй пылал внутренней силой – такой человек действительно мог управлять всем союзом Лан.

Фан Лао и Цин Вэнь поклонились Чань Цы, тот ответил легким кивком.

— Я много слышал о мудреце Фане, но мне еще не доводилось видеть его, – произнес Чань Цы на чистом наречии народа цзянь, приятно удивив заклинателя. – Когда мальчишка Сы заявил, что приведет одного из мудрецов, я не воспринял его слова всерьез. Теперь же понимаю, что зря. Прошу, садитесь и разделите со мной чай.