Книга Спасение души несчастного. Том 1, страница 84 – Лин Няннян

От осознания у наследника ком в горле стоял: «Учитель?»

И как только эта догадка промелькнула в голове, он представил, как наставник в свободное время навещает мастера Ли, указывая на недочеты в его работе, с трепетом продумывает детали и переживает о будущем изваянии. От таких теплых мыслей о заботливом наставнике сердце разносило грудь У Чана мощными ударами. В этот самый момент белое облако, проплывающее над статуей, открыло солнцу доступ к земле, и яркие лучи мягко скользнули по неподвижному каменному телу У Тяньбао с веточкой в руках. Народ тут же принялся ликовать от увиденного.

Мэн Чао коснулся плеча замершего и, по-доброму усмехнувшись, сказал:

— Ну, уважаемый У Тяньбао, нам пора…

С начала путешествия прошло вот уже сорок пять дней. Проехав часть территории Севера и понаблюдав из своих экипажей за смертными, что отрывались от своих хлопот, лишь завидев процессию, избранные господа остановились на границе с Юго-Западом. Перед тем как пересечь ее, всеми единогласно было принято решение сделать небольшую остановку в поселении под названием Та^[43], в скромных владениях которой были только рисовые чеки.

На низеньких домах в этой деревне, к удивлению прибывших, не висели праздничные знамена, а местных совсем видно не было: ни работников на полях, ни приветствующего процессию люда, ни даже обычных жителей, занимающихся своими делами. Это место было пустынным, словно давно уже всеми покинуто. Но таково было лишь первое впечатление. Присмотревшись, путники увидели, что местность удивительно ухоженна. Строения хоть и старые, но крепкие, почти у каждого маленького домика стояли наполненные крупой мешки, а все травинки, растущие в водах рисовых полей, были прополоты и стелились друг за другом ровными рядами.

Уже темнело, и от прохладных летних вечеров господа решили укрыться в гостях у кого-нибудь из невиданных еще ими местных. Все до единого поднялись на небольшую деревянную площадку, ведущую узкими лабиринтными путями к десятку таких же, и увидели, как рисовые поля будто тянутся к оранжевому солнцу у горизонта. Дома жителей, казалось, строились с ноткой творчества и немалой смекалкой: каждый из них стоял не на земле, а на площадке, что возвышалась над уровнем воды чеков. Затейливые подвесные мостики помогали деревенским быстро, без особых трудностей достигать края своего водяного надела и позволяли сохранить взращенные побеги, не дав случайно наступить на них.

Увидев жилые строения, господа разбрелись: южане направились в правую часть деревни, а два северных бога кинулись вперед, оставив У Чана и двух восточных представителей вместе. Троица молчаливо переглянулась и, не дожидаясь своих слуг, что также искали хозяев жилищ, повернули налево. Ступая на узкие деревянные полы, что хрустели от каждого шага, юноша, одетый в плотный халат цвета цин, рукава которого были украшены узором, напоминающим волны, посмотрел на солнце, что медленно пряталось за горизонт, и вдруг произнес:

— Как вы думаете, уважаемые, сколько в действительности солнц принадлежит нашему миру?

У Чан и дева Луань Ай, одетая в одеяния такого же цвета, что и говоривший юноша, остановились и вопросительно посмотрели на него.

— Ч-что? – встревоженно уточнил Мэн Чао.