Книга Спасение души несчастного. Том 1, страница 168 – Лин Няннян

Долгое время никто не мог переступить Цветущий барьер, чтобы попасть в сердце Востока – столицу Лунъюань, ровным счетом как и покинуть его. Все деловые и политические отношения с соседними территориями были в одночасье разорваны. Несчастным, что оказались в тот момент за пределами стены, до конца своих дней только и оставалось, что тешить себя болезненными воспоминаниями об отчем доме. Повзрослев, Луань Цзюйхуа разрушила заслон и продолжила род своего клана, но от черствости так и не избавилась. «Солнце восходит на востоке и садится на западе, реки текут неизменно сверху вниз, так пусть все так и остается» – такие слова слышали правители соседних земель на всякое предложение изменить сложившийся уклад.

Луань Цзюйхуа оставалась непреклонной даже перед супругом, и он понимал причины. Ни одна душа, что в свои юные годы спасает народ и принимает бразды правления кланом, более не сможет быть мягкой. Владыка часто слышал от своей госпожи: «Возможно, если бы я была помладше, а мои решения не были бы такими правильными, я бы и согласилась вернуть все обратно. Но западных Чжао нет, а значит, уже ничего не вернуть…»

Потому, когда владыка услышал об объединении, он предпочел оставить этот разговор, мягко улыбнувшись наследникам клана Ба. Во взгляде мужчины томилось желание выслушать Ба Циншана, но Луань Фэнхуа так ничего и не ответил, а это означало лишь одно – столь нелегкие решения принимать не ему.

Мэн Чао и У Чан вели беседу, покуда чужой голос не прервал их. Оба обомлели, только услышав, кто именно вышел из главного зала и заговорил.

— Ты белены объелась? – голос принадлежал Ба Циншану. – Что это было?! Мы просили о встрече с владыкой не для того, чтобы ссориться с семейством Луань, а теперь из-за твоих обвинений он и слушать нас не станет! В их семействе беда, а ты… Ты как отец – вечно несешь всякий вздор, не отделяя белого от черного!

— Все беды везде одинаковые! – прервала его Ба Вэньлинь. Ее слова грохотали, как молнии, среди стен коридоров. – Не будь таким беспечным, как наш дядюшка. Или случившееся с ним тебя ничему не научило?

Отойдя подальше, Мэн Чао произнес:

— Не стоит слушать как первых, так и вторых. Не наша война, не наше поле. – Он стукнул У Чана по спине и ускорился. – Будущим богам нужно думать не о политике, а о народе. Поэтому сегодня я тебя познакомлю со столицей!

Он словно как можно скорее хотел покинуть поместье, наполненное чужими разговорами, но замечание приятеля вынудило его остановиться.

— То-то, я смотрю, ты так тепло относишься к южанам, – обратился У Чан. – Неужели на самом деле господин Мэн желает объединения Поднебесной?

Уголки губ Мэн Чао нервно дрогнули. Наследник клана У продолжил:

— Будешь ли ты так же благосклонно относиться к семейству Ба, если их глава станет его величеством Сыном Неба? Дай подумать, как бы ты к нему обращался… Государь? Мое величество? Или, может, всемогущий владыка четырех народов?

— Что?! Нет, – Мэн Чао улыбнулся, но его улыбка сильно отличалась от обычной. – Лично отсеки мне правую руку, которой я пишу, если я когда-нибудь в жизни так обращусь к главе клана Ба! Поскорее бы вознестись и не видеть ничего подобного.

Из поместья с извилистыми коридорами молодые люди вышли не через южные парадные двери, как все, а с противоположной стороны – через выход для слуг и простого люда. Это могло бы показаться У Чану странным, если бы он не знал своего приятеля так хорошо. Мэн Чао же поступил так нарочно, чтоб затеряться среди толпы, отбиться от сопровождавших их слуг и лично провести Северного убийцу демонов по живописным просторам Лунъюань.