Книга Спасение души несчастного. Том 3, страница 84 – Лин Няннян

— Я не делаю это ради искупления собственных поступков. Просто… – Мастер Ли протяжно вздохнул. – Там, в стенах Уюни, держат не только взрослых. Там дети, такие же, как Ланъэр. Может быть, когда казнят остальных, их отдадут кому-то в услужение. Может быть, просто оставят умирать от голода. Я не знаю. Но понимаю точно: никакой ребенок не виноват в том, что творит его родитель. Если им можно хоть чем-то помочь, я должен попытаться.

Слова скульптора звучали одновременно понятно и сложно. Как это – не виноват? А как же долг перед семьей и окружающими? Как же родовое имя, которое следует за тобой по жизни, словно тень?

На эти и многие другие вопросы, как казалось У Чану, высокие рассуждения мастера Ли вряд ли дадут ответы, лишь сильнее запутают. Поэтому он опустил взгляд на Ланъэр, которая все время сидела в седле перед ним.

Голова девочки прислонилась к его груди, глаза были полузакрытыми, а дыхание… У Чан невольно положил ладонь на лоб ребенка и тут же отдернул – кожа пылала, как раскаленный на солнце камень.

— У нее жар! – К собственному удивлению, наследник услышал в своем голосе нотки неподдельного беспокойства.

Мастер Ли побледнел:

— Эти побеги из-под стражи, блуждания по степи… они забрали у нее последние силы.

У Чан снова посмотрел на Ланъэр и почувствовал странную тяжесть в груди, словно у него на руках угасал наставник, сгорая в лихорадке. Он не знал, что обычно делают, когда болеют дети. И только сейчас вспомнил про плащ, которым тотчас неуклюже укутал Ланъэр. Слова сорвались на ходу, вместе с Цзюем, уносящимся вперед:

— Надо поскорее довезти ее до лекаря!

Но Уюнь была еще далеко.

Небо медленно окрашивалось в теплые цвета. Путь, которым ранее прибыл наследник, теперь казался бесконечно длинным.

Когда четверо въехали в город, луна уже давно висела высоко над крышами зданий, заливая улицы холодным серебряным светом. Лишь редкие фонари у ворот богатых домов разгоняли глубокие тени.

Лао Ван придержал коня и, поразмыслив, повернулся к остальным:

— Начальник местного цензора не примет нас в такой час, а без него действовать бессмысленно и опрометчиво. Предлагаю…

— Отправляйтесь к лекарю, – прервал его наследник.

У Чан спрыгнул с Цзюя и аккуратно, как только мог, передал Ланъэр в руки даоса – она так и не пришла в себя. И словно понимая это, мастер Ли виновато опустил глаза перед молодым господином, стоявшим у его ног.

Лао Ван на удивление не стал спорить. Он усадил девочку перед собой, бережно придерживая ладонью. Тогда-то на мастера Ли снизошло осознание:

— Подождите, молодой господин, вы не едете с нами?

Не зная, как правильнее объясниться, У Чан покачал головой:

— Увидимся завтра в большом заведении на углу.

А как иначе он мог поступить? Если еще и лекарь откажется принять Ланъэр, едва увидев сребровласого молодого человека, это станет последней каплей. Тогда У Чан прославится в этом городе по-настоящему – когда люди наутро узнают, что наследник клана накинулся на упрямого старика.

— Если вы не объявитесь, я сам вас разыщу.

Стоило У Чану так сказать, чтобы успокоить спутников, и Лао Ван, который до этого никак не реагировал, броском вернул плащ. Вероятнее всего, чтобы тот не замерз ночью. Понять его мотивы У Чан был явно не в силах. Он ответил на этот жест едва уловимой улыбкой.