Книга Спасение души несчастного. Том 3, страница 110 – Лин Няннян

— Они готовы идти только за своим главой, – сбавив мягкость в тоне, заявил Лао Ван. – Неужели у вас не бывало такого, чтобы вы хотели уйти, но не могли из-за дорогого вам человека?

У Чан стиснул зубы и еще раз взглянул на людей по другую сторону прутьев. Почему-то теперь, после этих слов, их лица не казались мученическими. В глазах угадывался до боли знакомый огонь отмщения.

— И что же вы предлагаете? Мы потеряли нить, где искать виновника.

Прямо в этот момент распаленный взор наследника упал на проступившие знаки на руке. Лао Ван не успел ответить, когда У Чан начал читать сообщение, переданное кем-то с помощью артефакта с Туманного хребта:

— «Пагода шелка и бамбука»? – Он бы так и оставил это без внимания, однако в конце заметил приписку: «Немедленно явись, засранец!»

Бровь У Чана знакомо задергалась.

— Что это значит? – уточнил Лао Ван.

— Бань Лоу… – сквозь зубы процедил наследник.

— Как вы поняли… что это он?

Не так давно У Чан уже получал подобную просьбу, и эту манеру общения он не мог забыть или спутать.

— У него ни воспитания, ни правил приличия.

Лао Ван хотел было возразить, но, по-видимому, ему припомнились все случаи, когда Бань-младший вел себя неподобающе. Даос пропустил высказывание мимо ушей. У Чан махнул рукой:

— Он снова во что-то вляпался. В любом случае – к черту его.

Но Лао Ван вдруг серьезно возразил:

— Вам надо отправиться к нему. Молодые господа Бань и Цюань получили трудное задание. Демон, который меняет лики, особенно опасен тем, что способен притвориться близким человеком. Поэтому поспешите, пока не стало поздно. Я один наведаюсь к начальнику цензора и допрошу, где может находиться глава поселения. У меня также есть артефакт, так что я передам вам все подробности.

Нелегкое утро выдалось не только у наследника клана и слепого даоса, хватающихся за любую возможность выйти на истинного преступника. Помимо них, Цюань Миншэна и Бань Лоу, в Уюни все еще находился Го Бохай. И он тоже проявлял упрямство, не желая оставлять произошедшее нерешенным. Вчерашний день оказался долгим и выматывающим: бесконечные расспросы горожан, недоверчивые взгляды, шепотки за спиной… К вечеру наставник едва добрался до постоялого двора и без сил рухнул на кровать.

Очнулся Го Бохай с первыми лучами солнца, как просыпался всегда. Его ресницы дрогнули, серые глаза открылись, и несколько мгновений он лежал неподвижно, изучая узоры полога. Сегодня предстояла встреча с самим Дяо Ши. И этот человек оказался настолько беспардонным, что смел диктовать, куда и во сколько прибыть наставнику.

Едва вспомнив об этом, Го Бохай утратил утренний покой. Он приподнялся на локтях и окинул пустую комнату настороженным взором. К сожалению, ни единой детали, подсказывающей, что ученик вернулся хотя бы этой ночью, не нашлось. Вещи для него так и лежали нетронутыми. Поэтому, подавив тяжелый вздох, наставник поднялся и спешно скрылся за ширмой, собираясь привести себя в порядок.

Вода в бронзовом тазу остыла, простояв у приоткрытого окна всю ночь. От соприкосновения с ней тонкий рельеф светлой кожи еле заметно дрогнул. Спина покрылась мурашками. И хотя наставник умывался не спеша, пара прозрачных капель все же бесстыдно сорвалась. Вниз по изящной шее, очертив выступающие ключицы и проложив влажную дорожку по его узким, но крепким плечам. Под внешней хрупкостью этого тела скрывалась сила человека, привыкшего все делать самостоятельно. Вода блестела, подчеркивая всякую линию.