Книга Лабух, страница 67 – Иван Оченков

Но однажды, что называется, нашла коса на камень. В доме, выбранном Хворостовым для очередной акции, проживал старенький генерал, у которого помимо всего прочего имелось несколько сыновей-офицеров без восторга воспринявших октябрьский переворот. И когда липовые красногвардейцы принялись за незаконный обыск, туда явились настоящие с той же самой целью.

— Это какое-то недоразумение, товарищи! — попытался вывернуться всегда быстро соображавший Митяй. — В штабе как всегда все напутали и послали две группы на один адрес.

— А кто вас сюда направил? — удивился командовавший красногвардейцами комиссар.

— Товарищ Розенблюм! — уверенно отвечал ему уголовник, хорошо знавший, что среди революционеров много евреев.

В этот момент, из соседней комнаты вышел Николай, только что закончивший возиться с секретером.

— Готово, — сообщил он подельникам.

— Колька! — ахнул при виде его один из красногвардейцев. — Ты что же это, курицын сын, тут делаешь?

— Дядя Илья, — растеряно улыбнулся парень. — А мы тут это…

— Так говорите, вас прислал товарищ Розенблюм? — задумчиво спросил комиссар.

— Факт! — подтвердил все еще не потерявший надежду выкрутиться Хворостов.

— Абрам Аронович?

— Он самый!

— Розеблюма зовут Лев Израилевич, а вы арестованы!

Ответом ему были выстрелы. Конечно, рабочие и солдаты, пришедшие с обыском, тоже были вооружены, но у каждого налетчика помимо винтовки имелся револьвер или пистолет. Так что огневая мощь оказалась на их стороне. Впервые попавший в подобный переплет Колька сначала растерялся, а потом тоже взялся за наган и несколько раз пальнул в белый свет как в копеечку. Потом они сбежали, оставив несколько погибших товарищей и большую часть добычи.

— Ловко ты краснопузого подстрелил! — похвалил Митяй, когда им все-такиудалось уйти.

— Я?! — изумился Семенов.

— Ну не я же! — резонно возразил главарь. — Но ты не пугайся. Мы там всех положили, не только жиденка.

— И дядю Илью? — ахнул никак не ожидавший подобного Николай.

— Конечно! Нельзя было допустить, чтобы он тебя опознал…

— Не может быть!

— Ты вот что, — продолжил Хворостов, не обращая внимания на душевные терзания младшего товарища. — Укройся где-нибудь, пока все не уляжется. Меня не ищи, я сам тебя найду!

Вот после этого случая в душе молодого человека и произошел надлом, в конце концов, приведший его в Красную армию. Почти четыре года он яростно сражался не щадя ни себя, ни других, пока нелегкая судьба не занесла его в захолустный Спасов.

— Стало быть, припоминаешь? — осклабился уголовник, сообразивший, что случилось с его собеседником. — То-то!

— Твоя правда, — ответил я, с трудом ворочая языком. — Все вспомнил! И то, сколько мы тогда награбили тоже. А еще на память пришло, что долю мою ты так и не отдал!

— Так это, Николаша, — завилял не ожидавший предъявы Митяй. — Добро-то наше, краснопузые нашли и реквизировали… Ей богу, пра…

— Врешь, крыса! Но даже если это правда, мне все равно. Общак до времени припрятать ты придумал. Стало быть, тебе за него и ответ держать!

— Вот значит, как заговорил! — злобно посмотрел на меня Хворостов.

— Да, так!

— Так что мне в ГПУ сходить? — откинувшись на спинку стула, спросил уголовник.

— Ты туда сам не пойдешь. Анонимку подкинешь или еще какую мерзость придумаешь.