Книга Константин. Адмирал Великого океана, страница 78 – Иван Оченков, Антон Перунов

И чем больше я узнавал о своих будущих партнёрах, тем больше понимал, что они напоминают мне… некоторых наших помещиков. Судите сами, с одной стороны, они жесткие прагматики, умеющие зарабатывать деньги и не стесняющиеся при этом никаких нравственных норм. С другой, абсолютные идеалисты, в голове у которых протестантская мораль невероятным образом перемешана с идеалами рыцарства.

Типичный южанин горд, болезненно тщеславен и искренне считает себя представителем истинной аристократии духа. Идеализация женщин своего круга свободно сочетается в нем с регулярными посещениями борделей и личными гаремами из рабынь-негритянок.

А повальная милитаризация общества с нежеланием обременять себя службой в армии. То есть, если надо по-быстрому повоевать где-то рядом, с семинолами или скажем с мексиканцами, южный джентльмен с охотой прыгнет на коня и яростно помчится в бой, но стоит кампании затянуться на сколько-нибудь длительное время, у него тут же найдется масса других дел и только его и видели.

Кроме того, на Юге, как и в нашем богоспасаемом Отечестве, до сих пор распространены дуэли. И если в Европе поединки давно превратились в формальный и не слишком опасный ритуал, часто и густо заканчивающийся примирением сторон, и лишь в самых крайних случаях бой идет до первой царапины, то американцы и русские обычно дерутся до смерти. Потому на здешних кладбищах хватает могил с короткой эпитафией «Пал на поле чести».

Ко всему этому следует добавить крайний национализм, причем не на уровне страны или хотя бы Юга, а скорее родного штата, за пределами которого местным ничего не известно и не интересно. Оборотной стороной этого является невероятная наивность в вопросах международной политики. К примеру, большая часть из них искренне убеждены, что в случае войны Англия и Франция тут же направят им на помощь свои эскадры и не позволят северянам установить блокаду.

В этом смысле, решившие встретиться со мной господа куда более предусмотрительны. По крайней мере, они понимают, что воевать придется самим, и хотят подготовиться.

Судя по представленным мне сведениям, главным из них является сорокалетний Джон Лоренс Мэннинг, в недавнем прошлом губернатор Южной Каролины и один из богатейших плантаторов, владелец 670 рабов. И хотя по российским меркам состояние менее 1000 душ большим не считалось, следует учесть, что цена молодого раба в то время постоянно росла и к середине 1857 года составляла порядка 1600 долларов. Иными словами, только его негры составляли капитал на сумму больше миллиона золотом.

Этот блестящий джентльмен, разумеется, был убежденным сторонником сецессии. Все знавшие очень высоко отзывались о светских манерах и обходительности мистера Мэннинга. А одна писательница и вовсе назвала его самым красивым мужчиной на свете. Первая жена — дочь героя Войны за Независимость генерала Хемптона, умерла 12 лет назад при родах, после чего он женился вторично. Отец в общей сложности семерых детей от двух браков.

Еще один переговорщик — Пирс Батлер,­ англо-ирландский аристократ по происхождению, крупный плантатор из Джорджии и внук, а также полный тезка одного из отцов-основателей САСШ. Весьма богат и при этом эксцентричен, отчего дела его идут далеко не так хорошо, как все думают. В молодости женился на актрисе Фанни Кембл, оказавшейся убежденной аболиционистской, а после развода сохранивший опеку над дочерями.