Книга Приключения Иоганна Мекленбургского, страница 217 – Иван Оченков

— Смотри, Владислав, какой искусный артиллерист, – проговорил король, – не возьмешь ли его в свою свиту?

— Отчего же не взять? – улыбнулся будущий король Речи Посполитой. – Если этот молодой человек шляхтич, то с удовольствием.

— Меня зовут Иоганн фон Кирхер, – отозвался я, еще раз поклонившись.

— А у вас есть какие-то грамоты, удостоверяющие вашу принадлежность к благородному сословию? – спросил стоящий за королевским креслом монах в белой рясе.

— Увы, падре, все мои вещи и документы достались разбойникам, так что сомневающимся в моих словах я могу предъявить только свою шпагу, – ответил я доминиканцу.

Не знаю, что на меня нашло и зачем я нагрубил святому отцу, но взгляд польского королевича, его голос и манеры показались мне крайне неприятными, а поскольку лицам королевской крови не нахамишь, я сорвался на монахе. Впрочем, тот тоже в карман за словом не лез.

— Что же вы, сын мой, не предъявили свою шпагу ограбившим вас разбойникам? – участливо спросил он меня в ответ.

Если после моего ответа монаху все присутствующие напряженно замолчали, то после того, как он парировал, разразились громким смехом.

— Отчего же не предъявил – предъявил, – ответил я монаху, – но ваша правда, святой отец, со шпагой у меня получается хуже, чем с пушкой, а вот пушки-то под рукой и не было.

— Что же, вы, молодой человек, приняты, – улыбнулся королевич, – а я позабочусь, чтобы у вас была под рукою пушка, когда вы в следующий раз встретитесь с московитами.

Впрочем, была во всем этом и хорошая сторона. Сразу после испытания мне выписали патент на чин лейтенанта пушкарей и заплатили задаток. Кошель с сотней талеров приятно оттягивал мой пояс, когда я отправился к маркитантам. Торговцы встретили меня восторженно: жалованье солдатам постоянно задерживали, и покупатель, плативший серебром, был желанным гостем. Первым делом я приобрел себе пару пистолетов. Увы, мои допельфастеры приватизировал пан Муха-Михальский, и я чувствовал себя крайне неуютно без привычного огнестрела. Ничего равного моим прошлым пистолетам, к сожалению, не нашлось, пришлось приобрести два кремневых, довольно умеренного размера, а также пороховницу, пулелейку и все положенные принадлежности. Забегая вперед, скажу, что бой у моих приобретений был весьма недурен, а замки надежно высекали искру. У этого же торговца я реализовал доставшиеся мне по наследству от людей пана Мухи сабли и прочие колюще-режущие приспособления. Закончив с покупками, я поинтересовался, где можно починить оружие в случае поломки. Довольный сделкой торговец любезно указал мне путь и даже послал мальчишку-помощника проводить. Оружейник мне был нужен, чтобы доработать «винтовальную пищаль». Фитильный замок, конечно, безупречен с точки зрения надежности, но жизнь у меня бурная, так что фитиль не всегда подходит, точнее совсем не подходит.

Мастера звали папаша Курт, и был бывшим наемником, оставшимся без ноги после ранения. На деревяшке больно не помаршируешь, поэтому старому вояке пришлось искать себе другое ремесло. Осмотрев принесенный мной карамультук, он, покачав головой, спросил:

— На что вашей милости этакое страшилище? Не спорю, при хорошо сделанном стволе оно бьет далеко и весьма метко, но пока его зарядишь, того и гляди бой закончится. Это оружие хорошо для охоты, и то если только вам его егерь заряжать будет, а для войны оно совсем не годится.