Книга Дипломатия броненосцев, страница 56 – Иван Оченков, Антон Перунов

Поразмыслив, он и сам позаимствовал часть гардероба квартировавшего в Замке капитана британской армейской пехоты, имевшего сходное с самим Майклом сухощавое телосложение и рост. Будучи сыном офицера, он и сам отлично умел носить форму. Этот маскарад даже позабавил Коркорана, вдохнув в него этакий насквозь авантюрный, легкий настрой.

Говорят, что первый, тогда еще деревянный мост на Королевской переправе был построен еще во времена Иоанна Безземельного. С тех пор его несколько раз перестраивали, но название Королевский так и осталось. Обычно им пользовались местные фермеры, доставлявшие с южного берега Лиффи продукты в казармы Ирландского полка, а вот шикарные экипажи сюда заезжали нечасто. Поэтому когда охранявшие переправу солдаты увидели перед собой карету с гербом лорда-наместника и следующую за ней вереницу кэбов они, мягко говоря, удивились.

— Что за черт, Гарфилд? — узнал сидевшего на козлах рядом с кучером солдата начальник караула.

— Добрый день, капрал! — расплылся в улыбке совсем уже освоившийся среди повстанцев Тимми. — Все дело в том, что лорд Говард решил наведаться к вашему полковнику. Так что открывайте шлагбаум, да побыстрее!

— И его милость не нашел никого лучше тебя для этой поездки? — удивился унтер, никак не могущий сообразить, что же его смущает. И лишь потом понял, что его старый знакомый оказался единственным, на ком форма сидела в соответствии с уставом. А вот у стоявших на запятках солдатах мундиры были расстегнуты, кивера сбиты на бок и вообще…

— Что за черт? — удивился он, хватаясь за рукоять тесака, но не успел и пикнуть, как его сбили с ног и прокололи штыком.

Мост был захвачен, после чего рота Коркорана переправилась на северный берег и уже не скрываясь рванула к Форту Мэгазин, и через несколько минут сумасшедшей скачки, не жалея ни колес, ни копыт, их отряд оказался у цели.

Не надеясь больше на захваченную форму, капитан не стал ломать комедию, а выскочил из кареты с револьвером в руках и приказал никак не ожидавшим подобного поворота событий солдатам сдаваться и открыть ворота. Ворвавшись во дворик внешнего укрепления, он и его люди быстро рассредоточились, заняв все строения.

И тут им, практически в первый раз за день, оказали настоящее сопротивление. Ведущие во внутренний двор ворота оказались заперты, а охранявшие их бойцы поднялись на стену и начали отстреливаться. Однако пока одетые в красные мундиры «сасанахи» [3] делали из своих дульнозарядных Энфилдов один выстрел, вооруженные «Шарпсами» ирландские стрелки отвечали им как минимум пятью. К тому же к месту боя постоянно подъезжали все новые повозки и кэбы с подкреплением, и скоро никто из защитников Арсенала не осмеливался поднять головы из-за бруствера, чтобы пусть даже не прицельно послать пулю в сторону врага.

Пользуясь этим, осаждающие подобрались вплотную к воротам и закрепили на них предусмотрительно прихваченную с собой пороховую мину, а затем без промедления подожгли фитиль. Раздался ужасный грохот, после чего успевшие скинуть ненавистные английские мундиры и разъяриться от первых потерь повстанцы ворвались внутрь и устроили кровавую резню, не оставив в живых никого из защитников форта.

Немногие чудом уцелевшие позднее с дрожью в голосе пересказывали всем желающим истории о свирепой и кровожадной ярости фениев.