Книга Дипломатия броненосцев, страница 123 – Иван Оченков, Антон Перунов

— Не забудьте добавить, что мы намерены строить не только корабли, но и железные дороги. А это тысячи паровозов, десятки тысяч миль рельсов и многое другое, что могла бы поставить ваша промышленность.

— А как же вражда, о которой вы говорили?

— Если появится обоюдная выгода, о ней скоро забудут. Если же нет, мы так и будем конфликтовать, пока другие станут зарабатывать.

На этом наша первая встреча закончилась. Был еще скромный семейный ужин, в ходе которого вертящийся ужом принц Альберт пытался сломать возникшее отчуждение, но так и не преуспел.

А на следующий день мы с Николкой вернулись во Францию.

— Какой неприятный и самоуверенный молодой человек, — скривилась Виктория, оставшись наедине со своим мужем.

— Разве? — флегматично пожал тот плечами. — Мне так не показалось. Да, принц Константин обладает дурной привычкой говорить правду в лицо, но при этом умеет находить компромиссы.

— Разве?

— Господи, да он прямым тестом сказал, что готов помириться и потратить огромные деньги на свои корабли и железные дороги.

— Получив их, Россия еще больше усилится!

— Русские так или иначе получат все, что им надо. Но заработают на этом другие. Ты этого хочешь?

— Нет, конечно. Просто моя интуиция так и кричит, что нас ждут большие проблемы.

— Не беспокойся. Да, сейчас он на коне, но у него много завистников. Такой успех не прощают… Поверь мне, не пройдет и пяти лет, как его отодвинут от власти.

[1] В нашей истории «Цесаревич» был достроен и после войны переведен на Балтику, где его оснастили 800 сильной паросиловой установкой. Служил до 1874 года.

[2] В нашей истории изобретение В. С. Пятова оказалось забытым, а сам он умер в безвестности.

[3] Ходили слухи, что настоящим отцом Луи-Наполеона был не Людовик Бонапарт, а его брат император.

Как было написано в свое время на кольце мудрейшего царя Соломона — все проходит, пройдет и это! Время, отпущенное на мою поездку или, точнее сказать, командировку, неумолимо истекало, и мне следовало как можно скорее возвращаться в Россию. Хотелось, конечно, посетить еще Италию, в особенности южную, где доживало последние годы Королевство обеих Сицилий, которым правил, если верить британской прессе — жестокий и лицемерный Фердинанд Бурбон.

Впрочем, если копнуть глубже, главным грехом Неаполитанского короля была попытка вытеснить английский капитал из Сицилии, где представители Лондонского Сити привыкли распоряжаться как у себя дома. Еще одним фатальным недостатком Фердинанда стали его русофильские взгляды, выразившиеся помимо всего прочего категорическим отказом хоть как-то поддерживать антироссийскую коалицию во время недавней войны. Впрочем, если уж быть до конца откровенным, вызвано это все было не столько любовью к нашей стране, сколько симпатиями к образу правления моего незабвенного родителя — Николая I.

Так что с одной стороны, Неаполь — наш союзник и его надо бы поддержать хотя бы для того, чтобы насолить нашим европейским «партнерам», а с другой… его время стремительно истекает! Подробностей я, конечно, не помню, но не пройдет и двух-трех лет, как отряды Гарибальди при молчаливой поддержке савойцев высадятся на Сицилии и разгромят правительственные войска, после чего Италия окончательно объединится. [1]

Можно, конечно, вмешаться и сохранить власть Бурбонов, но мой царственный брат на это вряд ли решится. Сомнительная слава «европейского жандарма» его не прельщает. К тому же проблемы Апеннинского полуострова бесконечно далеки от российских. Пусть разбираются сами.