Книга Аландская Звезда, страница 93 – Иван Оченков, Антон Перунов

— Господа, — сухо обратился к пришедшим ему на доклад командирам канонерских лодок. — Готовьтесь к выходу. В первую очередь это касается «шанцевок». Вам надлежит снять орудия и установить на их место шестовые мины. «Константиновкам» быть в готовности их прикрыть.

— Но позвольте, — попытался возразить командовавший отрядом капитан-лейтенант Аксель Бойе.

— Не позволю! Вы, верно, забыли, что у нас идет война? Ничего, я напомню. Что же касается остальных. Всем кораблям и фрегатам, за исключением «Бомарзунда», выделить для ночного поиска по два баркаса с экипажами.

— Но зачем?

— Затем, что я так приказал! — отрезал Бутаков.

— Есть, — вынуждены были ответить явно поскучневшие офицеры. Ибо попытка проверить на прочность не слишком хорошо известного протеже великого князя сорвалась.

Впрочем, некоторые из них не успокоились и попытались пожаловаться на самоуправство Бутакова начальнику 2-й флотской дивизии контр-адмиралу Шихманову. Однако получивший исчерпывающие инструкции от великого князя адмирал и не подумал поддержать их.

— Кто не желает служить на флоте, — рявкнул он на побледневших подчиненных, — может хоть сейчас подавать рапорт о списании! Распустились, мать вашу!

— Благодарю за поддержку, ваше превосходительство, — поблагодарил Бутаков, оставшись наедине с начдивом.

— Полноте, я не сделал ничего, помимо того, что должно. И давайте без чинов.

— Как угодно, Яков Ананьевич.

— Не расскажете, что собираетесь предпринять? Вас, конечно, его императорское высочество лично назначил, но я все же пока ваш начальник.

— Разумеется. Мне, право, очень неловко, что я не посвятил вас ранее, просто совершенно нет времени.

— Оставьте прелюдию и переходите сразу к увертюре. Тем паче, что ни малейшего раскаяния все одно не испытываете.

— Дело в том, что союзники перед началом сражения провели разведку и отметили наши минные поля буйками.

— Хотите их снять? — глаза адмирала хитро блеснули.

— Не совсем. Думаю, лучше переставить их ближе к берегу.

— Однако… впрочем, европейцы все равно считают нас византийцами, а это — кунштюк, вполне в духе жителей древнего Константинополя. А мины на канонерках зачем? Неужто думаете, что подобное нападение может иметь успех? Союзники стали гораздо осторожнее, чем прежде…

— На успех не надеюсь, однако полагаю, что ночная атака отвлечет их и поможет нам осуществить задуманное.

— Резонно. Что ж, действуйте. А что до господ офицеров, гоняйте их в хвост и в гриву, не стесняясь! Сами, небось, знаете, если молодежь не кроет втихомолку своего командира последними словами, его пора списывать!

— Сия премудрость мне хорошо известна, но, говоря по совести, никак не ожидал подобного отношения, — признался Бутаков.

— Ну а что вы хотели? Изначально на канонерки шли самые отчаянные офицеры. Многих из них Константин Николаевич отобрал лично и отнюдь не за склонность к дисциплине и чинопочитанию. А потом вместе с ними будто вымел союзников с Балтики! За что его протеже получили повышения, а их места заняли вот такие — приглаженные и надушенные. Ничего, немного послужат, пороху понюхают, будет и из них толк!

В это же самое время на флагмане союзной эскадры «Викторе-Эммануиле» разворачивались ничуть не менее драматические события. Сказать, что командовавший соединением Кокрейн был зол, значило бы серьезно погрешить против истины, ибо на самом деле прославленного адмирала душило бешенство.