Книга Константин. Небо за нас, страница 90 – Иван Оченков, Антон Перунов

— Конечно. Вспомни семью, в которой мы родились. Нам всем суждено оказаться наверху, но далеко не все смогут принести на этих высоких постах пользу.

— А как же…

— Николай уже принес. Он станет легендой – первым царским сыном, павшим в бою за отечество! Зримым показателем того, что наша семья разделяет со своей страной не только триумфы, но и испытания!

В ту ночь мы так и не легли, проговорив до самого утра. Сначала обсуждали важные вещи, потом стали вспоминать нашу прежнюю жизнь, детские шалости. Причем, вспоминал, конечно, в основном Мишка. Я их почти не помнил, а потому предпочитал отмалчивался, давая выговориться своему брату.

А утром нам сообщили, что союзники прислали парламентеров. Причем не каких-нибудь штабных, а двух представителей правящих домов. Принца Жозефа Наполеона и герцога Георга Кембриджского. Вполне вероятно, союзники рассчитывали польстить моему самолюбию, и добиться тем самым каких-либо уступок. В другое время эта тактика, возможно и принесла бы переговорщикам успех. Беда лишь в том, что в отличие от не чуждого определенного тщеславия Кости, я не испытывал к своим «собратьям по классу» ни малейшего пиетета.

Сын «короля Яремы» [2] оказался невысоким, склонным к полноте молодым человеком тридцати двух лет от роду, с одутловатым лицом и аккуратно прилизанными жидкими волосами. Говорят, что внешне он похож на своего гениального дядю и судя по сохранившимся портретам это действительно так.

Одет в теплый на вате синий сюртук с эполетами и орденом Почетного легиона на груди, а также высокие кавалерийские сапоги. На голове обычное для французов кепи с примятым околышем. Во Франции принц Наполеон Жозеф Шарль Поль Бонапарт, граф Медона, граф Монкальери, считается записным либералом, антиклерикалом и, как следствие, одним из самых активных сторонников антирусской партии. А еще он известен под комично-детским прозвищем Плон-Плон.

Второй парламентер на три года старше, тоже не высок, хотя и довольно крепок. Голова успела практически полностью облысеть, зато борода как у какого-нибудь вологодского купчины. Добавьте к этому выдающийся нос и выражение крайнего упрямства на породистом лице, и картина станет полной. Облачен в традиционный для британцев красный мундир, перехваченный слева направо через плечо темно-синей лентой «Благороднейшего ордена Подвязки».

Службу этот похожий на породистого бородатого терьера аристократ начинал в армии Ганновера, причем сразу полковником. Славится своей неразборчивостью в связях. И бог бы с ним просто сожительствовал с актрисами, этим сейчас никого не удивишь, но он еще и женился на одной из них, забыв испросить разрешения царственной кузины. В связи с чем, его дети считаются незаконнорожденными.

Сразу скажу, что ни малейшей симпатии к ним обоим я не почувствовал. Да, врага можно уважать или даже сочувствовать ему, как, например, к выловленному из моря Лайонсу. Слишком уж жестокой оказалась судьба к этому амбициозному и отнюдь не бесталанному адмиралу. Сначала потерял сына, затем корабль, а с ним вместе и свободу.

Другое дело эти два напыщенных представителя высшей расы, смотрящих на меня с таким видом, будто одно их появление должно было осчастливить всю Россию, а заодно и меня паче всякой меры. Нет, ребята, если вы уж сами не в состоянии понять в какое дерьмо угодили, придется вас в него макнуть!