Онлайн книга «Вторжение»
|
Не знаю почему, но хвалить людей всегда приятнее, чем ругать. По крайней мере, мне так кажется. Поэтому оказавшись перед героями черноморцами, ваш покорный слуга не скупился. — Поздравляю с первым и, очень надеюсь не последним успехом, господа! — обратился к сияющим, будто именинники морякам. — Все вы от адмиралов до последнего матроса большие молодцы! Горд и счастлив, что довелось служить с вами. — Покорно благодарим за теплые слова и высокую оценку, ваше императорское высочество! — за всех ответил Нахимов. Накануне, когда эскадра только начала возвращаться, я лично посетил всех участвовавшие в сражении линкоры. Пожал руки флагманам и офицерам, навестил раненых. Осмотрел повреждения. — Ну что, Павел Степанович, убедился, что не боги горшки обжигают? — тихонько шепнул ему. — Можно и англичан бить! Конечно. С его точки зрения ничего особого не случилось. Ну встретились, ну постреляли, и «просвещенные мореплаватели» нас чудом не расколотили… И только мне было понятно, что дело сдвинулось с мертвой точки. Главные силы черноморцев все-таки вышли в море и приняли бой. Теперь и наши почуяли в себе силы, и союзники, как ни крути, должны учитывать такую возможность. Но главное на данный момент, то, что еще несколько транспортов с войсками и припасами не дошли до места назначения. Стало быть, солдат у французов, хоть и всего на один батальон, да меньше! — Прошу всех командиров и начальников участвовавших в деле предоставить как можно более подробные рапорты, для составления донесения государю-императору. Сами понимаете, без подробностей не ясно кого и за что награждать! Шутка вызвала нешуточное оживление. Офицера, разумеется, служат не за награды, однако получить их всякому почетно. — Краткое же описание с перечислением участвовавших в бою кораблей я уже лично отправил. — Кстати, о донесениях, — подал голос сидевший с кислой физиономией Меншиков. — Я тоже желал поздравить его величество с победой, но… — Это мой приказ! С вчерашнего дня, ни одна телеграмма не будет отправлена без моей визы. Это касается абсолютно всех и никаких исключений быть не может! — Но это неслыханно! — возмутился князь. — По чину генерал-адъютанта я имею право личного доклада государю! — Нет ничего проще! Поезжайте в Петербург и припадите, так сказать, к стопам! Заодно не забудьте сообщить, в чем причина задержки при строительстве укреплений? Почему шанцевый инструмент, на который, к слову сказать, из казны были выделены немалые средства, таинственным образом исчез, а новый пришлось везти аж из Одессы? Ответом мне было красноречивой молчание. Желание старого царедворца примазаться к чужой славе понятно, но не выйдет. По крайней мере, не в этот раз! — Раз уж речь зашла о наградах, — продолжил я. — Давайте не забывать о нижних чинах, вынесших на своих плечах всю тяжесть сражения, коих мы не просто можем, но и обязаны наградить своей властью. — Да что там толковать-с, — пожал плечами Нахимов. — Послать на каждый отличившийся корабль по десятку крестов, да и будет с них. Нет, если ваше императорское высочество находит нужным проявить щедрость, можно и увеличить количество наград… — В корне не согласен, ни с подобным обычаем, ни с отношением, — неожиданно для всех присутствующих возразил я. — Всякий экипаж состоит из большого количества матросов, это верно. Однако же вклад у всех разный. Одни отличились более, другие менее. Что же хорошего в том, если слепой жребий принесет удачу первому попавшемуся, вместо того, чтобы отметить достойного? Именно поэтому, я настаиваю на подробном описании боя, с тем, чтобы можно было выявить действительно отличившихся и примерно их наградить. |