Онлайн книга «Балтийский ястреб»
|
С «Хогом» дело обстояло много хуже. Корабль взрывами был разорван почти пополам, котлы, судя по всему, разнесло в лоскуты. Но вот машина, если и не совсем невредима, то, по крайней мере, подлежала восстановлению. А еще имелись орудия, содержимое погребов и прочее добро. Ну и корпус в любом случае надо убирать, чтобы не мешался. Забавно, в той, другой, никому не известной здесь истории мы топили свои корабли, чтобы преградить путь захватчикам. Здесь же нам приходится поднимать чужие. Такая вот гримаса переменчивой фортуны. В любом случае, пока что результат войны на Балтийском море в нашу пользу. Безвозвратные потери англичан составили два, пусть и не самых совершенных, но все-таки линкора и один фрегат. Еще один, «Амфион», получил порядочные повреждения и отправился прямиком на ремонт в ближайший док. Скорее всего в Швецию. Надо бы не забыть обгадить Нессельроде. Вот, дескать, подлец, не протестует против столь вопиющего нарушения нейтралитета! Или не заморачиваться с карликом и послать пару расторопных офицеров из финнов с парой пудов динамита? Соборы посмотрят, устроят фейерверк на день рождения короля… [1] Хотя, оно, кажется, уже прошло. Опять же Его величество Оскар Жан-Батистович Бернадот может и оскорбиться. Впрочем, если хорошенько подумать, пусть он опасается обидеть своих миролюбивых соседей. У нас же всего несколько побитых канонерок, которые можно исправить, да плюс вступивший, наконец, в строй трофей. Добавьте к этому возросший при дворе аппаратный вес, слава победителя англичан… впрочем, об этом говорить пока рано. Враг вернулся! — Что там еще? — От военного губернатора. — А конкретнее? Прибывший офицер для особых поручений поведал мне занятную вещь. Но прежде следует кое-что пояснить. Если поднятые со дна моря материальные ценности принадлежали нам, то обязанность хоронить сотни всплывших утопленников ваш великий князь, сиречь я, великодушно возложил на местные власти. То есть на подчиненных военного губернатора Граббе. Окажись на месте преемника Литке другой человек, он, вероятно, попытался возражать, но… Павел Христофорович не стал. Престарелый генерал повидал в своей жизни всякое. Некогда видный член Союза общественного благоденствия, он, тем не менее, уклонился от участия в декабрьском восстании и сумел избежать наказания. Ну разве что в крепости посидел. Затем воевал с турками, участвовал в подавлении Польского восстания, после чего служил на Кавказе. Где прославился при штурме Ахульго [2] и зарекомендовал себя одним из самых результативных военачальников. Потом был Венгерский поход, золотое оружие за храбрость и возвращение в Петербург. Казалось бы, жизнь удалась! Сиди себе и радуйся на теплом месте. Увы, это место оказалось «Комитетом Инвалидов» во главе с небезызвестным Политковским. Когда вскрылись хищения последнего, Граббе снова угодил в крепость, но уже не как потенциальный заговорщик, а как пособник казнокрада. Впрочем, государь на забыл о его заслугах, и дело ограничилось выговором. Как генерал-губернатор он меня устраивал. Приказы исполнял добросовестно, куда его не просили, не лез. Если возникали проблемы, первым делом обращался ко мне… — Один из всплывших трупов оказался одет в мундир британского адмирала. — Вот значит, как… |