Книга Гросс, страница 63 – Иван Оченков, Антон Перунов

— Это как? Все биты, руки-ноги поломаты, а кошельки при них остались? А что дальше было?

— Прибыл наряд полиции и задержал господ Белова и Шишкина. Сопротивления они не оказали.

— Это опять как? Чудны дела твои, Господи… Что, ранены были или без сознания валялись?

— Нет, добровольно сдались в руки стражей порядка.

— Тьфу ты. Ни черта не понимаю. Так какого, прости господи, лешего, вам от меня надобно?

— Я назначен судом защищать интересы господ Белова и Шишкина. Звоню вам по их поручению. Они просят вас, как своего бывшего командира, помочь им для выхода на поруки или внесения залога.

— А откуда они про меня узнали?

— В газетах увидели статью. О господине Колычеве недавно писали в прессе. Я и сам с удовольствием прочел этот материал… Там и вы неоднократно упомянуты. Вот они и вспомнили.

— Понятно, а от меня-то что требуется?

— Вы могли бы сегодня подъехать к зданию первого участка Московской части полиции? Там мои подзащитные содержатся до предъявления обвинения.

— Чего ж не подъехать, подъеду.

— Очень хорошо. Тогда я вас жду на месте и выпишу вам пропуск. Подойдете к дежурному городовому, предъявите документы, и он вас проводит.

— Знать бы еще, где эта часть и отчего она московская, коли дело в Петербурге? – пробурчал Вахрамеев, прикидывая, как доложить о происшествии командиру.

Хочешь не хочешь, придется будить, а ведь они с этим Ибрагимом липовым всю ночь над какими-то хреновинами мудровали. Твою ж налево, как оно все не вовремя…

— Что-то случилось? – вопросительно посмотрел на него Романов.

— Ты что тут уши греешь?! – вспылил дядька Игнат, но материться не стал. Некогда было.

— В полицию надо, в Московскую, чтоб ей три раза через бушприт, полицейскую часть! – нехотя ответил он.

— Я знаю, где это.

— И чего мне с твоего знания? Как туда добраться-то?

— Ну, если на автомобиле…

— Ты, что ли, совсем дурачок у нас! На каком еще автомобиле?

— Да хоть на «опеле».

— На нем только сам капитан ездит, да еще Таньку иногда пускает…

— Я могу. Мне Мартемьян сказал, что в случае крайней необходимости можно…

— Снова-здорова! Сколь раз говорено, Мартемьян он тебе, когда в ближайшую деревню по девкам пойдете. Да и то вряд ли, барышня Зимина за такие фокусы враз все причиндалы оборвет вам обоим!

— Разрешение капитана имеется! – поправился Николай.

— Семь бед – один ответ! – махнул рукой старый служака. – Заводи!

— Глаза под лоб? – весело хохотнул успевший выучить несколько шуток своих новых товарищей пилот-стажер.

— Поумничай мне еще, – беззлобно усмехнулся в ответ дядька Игнат. – Без году неделю служит, а туда же…

Без происшествий добравшись до места, тяжко вздыхающий Вахрамеев выбрался из автомобиля и одернул форменный китель.

— Сходить с вами? – предложил курсант.

— Без сопливых разберемся, – отказался старый служака. – Разве тебя можно порядочным людям показывать? Форма толком не глажена, ботинки не чищены, разгильдяй, да и только. Сиди тут, «опель» охраняй. Авось, несильно опозоримся.

— Я чистил, – возразил для порядка Коля, но Вахрамеев не стал его слушать.

Жизнь цесаревича в последние несколько дней совершенно переменилась. Скованный еще совсем недавно тысячей условностей и запретов, он вдруг получил, хоть и довольно относительную, но свободу. А какие люди его окружали? Иной раз казалось, что им вообще нет дела до статуса их нового товарища. Таня, такая скромная и приветливая в обычной жизни, во всем, что касалось авиации и службы, становилась бескомпромиссно требовательным, жестким наставником и инструктором.