Книга Гросс, страница 50 – Иван Оченков, Антон Перунов

— Мартемьян Андреевич, никого не слушайте! Вы единственный законный и полноправный владыка ОЗК! Это ваш и наш дом! Они же губят все, к чему прикасаются! – горячо и твердо заявил генеральный конструктор авиадвигателей ОЗК сорокадевятилетний Владимир Яковлевич Климов^[8].

— А в чем вы видите главное затруднение, Владимир Яковлевич?

— Дело даже не в том, что открыто воруют или вредят. Но все вязнет в бюрократии и безразличии. В нашем деле так ничего не создать. Потонет, не родившись. Фундаментальные разработки безжалостно и без разбора свернуты. А кто, если не мы?

— Я вас услышал, Владимир Яковлевич. Тщательно все обдумаю и вскоре приму решение. Впрочем, я и намеревался встать у руля корпорации, возглавить клан. Так что…

— Очень на это рассчитываем. Я ведь пришел не только от себя лично. Все инженеры нашего двигателестроительного завода направили меня к вам. Если только пожелаете, приезжайте и поговорите с каждым. Это общая позиция.

— Один вопрос, на чем основана ваша убежденность в том, что я окажусь лучшим управленцем, чем тот же господин Фадеев? Насколько мне известно, он человек опытный.

— Вы внук своего деда. В вас та же кровь. И сейчас, когда я вижу вас, говорю с вами, я только еще больше убеждаюсь – вы настоящий наследник Ивана Архиповича! Вы – Колычев!

Слова эти прозвучали не слишком убедительно для Марта, было в них что-то от истовой, слепой веры. Понятно, что дед заслужил такое отношение делами. Гений, чего уж там. А вот ему этот бонус выписали авансом. Как бы не разочаровать людей…

— Ну хорошо, я вас услышал. Вскоре я намереваюсь собрать большую часть инженерно-управленческих сотрудников на общее большое совещание. Выслушать мнения, изложить свое понимание перспектив. Но сначала встречусь с советом директоров и проведу внеочередное собрание акционеров. Вы ведь тоже владеете акциями ОЗК?

— Да, я среди прочих получил долю за двадцать лет службы.

— Вот и прекрасно, значит, скоро встретимся.

Такие же или очень похожие речи вели все, с кем Март нашел время встретиться и переговорить. И судя по всему, подобные настроения были у многих. Главное, что удалось выявить из содержания бесед – руководство ОЗК за прошедший год с треском проиграло несколько крупных тендеров на поставки кораблей, двигателей и вооружений. А вот это уже заставляло всерьез задуматься о соответствии компетенций нынешнего начальства.

Так уж повелось с незапамятных времен, что и монархи, и даже вполне демократические правители любят устраивать парады. Шествия своих войск с высоких трибун созерцали шумерские цари, египетские фараоны и римские императоры, затем эстафету подхватили короли и курфюрсты, после чего древняя традиция благополучно дожила до наших дней. Их проводят все, но, как говорят истинные знатоки, наиболее впечатляющими являются только три. Парад Германской гвардии в Потсдаме, Королевского флота на Спидхедском рейде и Военно-Воздушного флота России в Петербурге.

В этот день по столичному небу чинно шествуют громады воздушных кораблей всех рангов, являя собой поистине величественное зрелище. Кроме того, обычно к этому времени стараются приурочить вступление в строй какого-нибудь линкора или большого фрегата, на котором проводится императорский смотр.

Весной 1942 года эта честь досталась новейшему фрегату «Князь Пожарский» под командованием капитана первого ранга Зимина. Пройдя в общей колонне над городом, Владимир Васильевич виртуозно подвинтил свой корабль к причальной вышке, после чего последовал салют, перемежаемый громкими криками «ура». Затем к гигантскому кораблю причалил бот под флагом императора, и Александр III вступил на палубу своего нового фрегата.