Книга Потерянный континент, страница 71 – Арслан Мударисов

— Внимательно слушаем.

— Мы потеряли связь с дальним храмом. И больше не получаем сообщение от хранителей реликвии, но убеждены, что она пока не попала в руки нечисти.

— Почему вы так уверены?

— В противном случае, наш мир уже бы пожирали высшие инферналы.

— Это неплохие новости.

— Да, всё так. И ещё мы понимаем, что вы не члены братства и оказываете нам услугу. Очередную услугу. — добавил Тер. — Орден перед вами в неоплатном долгу, и мы надеемся, что вы не откажетесь от своей миссии, после того, что вам пришлось пережить. — Указал монах на окружающую послевоенную обстановку. — Но отправить членов братства мы всё ещё не можем, ведь для врага с их артефактами мы как факелы посреди ночи. Рисковать копьём нельзя, от этого зависит судьба целого мира. А ваш отряд уже доказал, что лучше просто никого нет. — Орк с гномом довольно заулыбались и приосанились. Да и мне, честно говоря, было приятно. — Брат Тик неспроста выбрал вас. Потому мы просим продолжить миссию и доставить копьё на Патриам. — Тем временем слово взял Геро.

— Уважаэмый аксакал, мы дали слово. Потому просить нас об этом лишнээ.

— Да и не в битвах ли призвание воина? — Поддержал кореша гном. В свою очередь Анника лишь недовольно хмыкнула, мол, чё ты тут распинаешься, старый, мы по любому в деле.

— Простите, если задел, — приложил монах руку к сердцу.

— Да полно вам, брат Тер, просто поставьте задачу, расскажите, что вам известно, где искать копьё, а мы уже постараемся провернуть всё в лучшем виде.

— Реликвия находится в том же месте, что и была. Мы дадим вам точное местоположение тайника, потому как на месте вас уже больше никто не встретит. Боюсь, все местные братья отправились навстречу Творцу.

— Соболезнуем.

— Не стоит, мы счастливы умереть за правое дело.

— Тем не менее, вы тоже чьи-то близкие и друзья.

— Да, все мы просто люди. — Согласился Тер и продолжил: — Мы понимаем, что вы, сэр Руслан, уже не просто посланец ордена, но и своеобразный символ для крестьян, вы их любимый Освободитель.

— Война окончена, услуги вдохновителя больше не нужны, потому не вижу проблем.

— Пожалуй, вы правы, но попрощаться с войском необходимо.

— Да, без сомнений, они это заслужили. — Так я и оказался на постаменте перед остатками повстанцев, которых было для нелюбителя публичных выступлений уж слишком много. Но сказать им что-то на прощание я был просто обязан. Лютый в коме, Партинакс вот-вот может умереть, народ в замешательстве, и тут ещё я, символ их борьбы, куда-то навострил лыжи. Ребята и так пережили слишком много, для крестьян это станет настоящим ударом. Но я верил, что они сильные и справятся. И вот передо мной целое море людей, которые, затаив дыхание, слушали слова Освободителя. В этой массе были и солдаты императора, которые тоже старались не издавать ни звука. Я словно снова оказался под чарами даркеров, но сбивчивое дыхание и бешеный стук моего сердца говорили о том, что звук никто не отключал и всё в норме. Мне дали артефакт, которым пользовались при публичных выступлениях, и каждый присутствовавший, кто меня видел даже издалека, слышал мой голос, словно я стоял рядом. Поначалу я заготовил пафосную речь, но потом, посмотрев на собравшихся, зачем-то начал импровизировать.

— Друзья. Нет, не так, братья! Мы победили. Но никому из нас не радостно, потому что мы многих потеряли, слишком многих… — Перед глазами пролетали воспоминания с лицами павших товарищей, моменты, когда они улыбались, шутили или недовольно ворчали. У каждого была своя история, своя жизнь. На глаза стали накатывать предательские слёзы, борясь с ними, одновременно пытался проглотить ком в горле, из-за чего голос слегка сорвался, и я вынужден был взять паузу, но, собравшись, продолжил. — И всё же мы победили. Да, ребят больше нет. Но там! — Указал я себе за спину, — Там их жёны и дети, там то, за что мы все так упорно сражались. Благодаря их жертве они живы, и они свободны. Все вы поступили правильно, уйдя в Санктус, выбрав свободу от угнетения и встав на защиту своих семей, а теперь уже и на защиту человечества. Вы теперь не просто крестьяне, вы воины, вы святое воинство, которое остановило армии людей и демонов. Но борьба не окончена, твари прорываются в наш мир, и мы должны остановить их. По заданию ордена я должен оставить вас. — Толпа ахнула, люди стали что-то выкрикивать о том, что так нельзя. Что без Освободителя они не справятся. Я жестом попросил тишины и продолжил.