Книга Флейта для зверя, страница 59 – Анна Велес

Дюк убедился, что Мигель и Мэйли уже спускаются к воде, и тоже повернулся к крестьянам. Его не слишком интересовал их странный труд, дознаватель смотрел на цепь. Удерживающую людей у переправы.

— Любезные, — обратился он к ним, встав у самой кромки воды, которая даже на вид казалась леденяще холодной. — Мне кажется, что без своих кандалов, вы закончили бы свое дело быстрее и с большим удовольствием.

— Верно кажется, — ответил ему старший из троих. — Были бы благодарны, господин Стражник.

— Мы тоже почли бы за честь, — с иронией продолжил Дюк. — Помочь вам освободиться. Если сойдемся в цене.

Три пару глаз посмотрели на него с подозрением.

— Если что, — дознаватель улыбнулся. — Денег нас не надо. Герцог неплохо оплачивает нашу службу. А вот мы точно всегда рады тем, кто помогает нам эту службу выполнять. Добрым словом и подробным рассказом.

Крестьяне лишь пожали плечами. Они выглядели совершенно невозмутимыми. Камни в воде по-прежнему волновали их больше.

— Спросил бы просто, господин Стражник, — предложил Дюку второй из них, самый крепкий и при этом самый избитый. — Мы завсегда рады сказать, что хочешь.

— Ну, тогда просто объясни, зачем вы волохаете эти камни? — предложил дознаватель. — Кому понадобилось перегородить брод, зачем, и почему вы явно против этого.

— Кому, сами хотели бы знать, — недобро усмехнулся старший. — А зачем? Дык, чтобы тут мост был добротный.

— Кто-то из благородных так боится замочить ноги? — Алика подошла ближе и улыбалась крестьянам доброжелательно и весело.

— Не им, — тихо произнес третий и самый младший из них. — В замке хотят, чтобы вода Пэй больше не могла сдержать их…

Он покосился на лес.

— Ежели господа Стражи появились здесь, — пояснил старший. — То пришли вы явно со стороны Подъина. И ваша ночь была не спокойной.

— Более чем, — досадливо поморщился дознаватель. — Мы видели нежитей еще у тракта. И смогли упокоить могильник в лесу.

— Дело благое, — заметил тот из крестьян, кто был самым крепким, и похоже, самым упрямым. Он один сейчас раздвигал камни. — Но бесполезное. Ими кишит вся округа. И только Пэй защищает.

— Проточная живая вода, — напомнила Мэл, слушавшая разговор. Параллельно девушка осматривала раненого солдата. — Дюк? Этот человек заколдован, что очевидно. Но… я не могу вообще почувствовать его душу. Заклятье снова древнее. И вообще, я не понимаю его смысла.

— Оставила бы ты его, девочка, — старший из крестьян вышел из воды, морщась от судороги в руках, стараясь растереть заледеневшие ладони. — Он бездушный. Его не спасти горемычного.

— Даже так? — удивилась Алика. — Таких давно не встречалось в наших краях.

Воительница слышала в детстве страшные истории о проклятых, кто попадал в подчинение к колдунам и ведьмам. Маги полностью завладевали волей своих пленников, те превращались в живых марионеток, не способных думать, а только подчиняться приказам. В народе верили, что колдуны забирают у таких бедняг души, оттуда и появилось прозвище для подобных проклятых. Знала Алика из тех же рассказов кормилицы, что вернуть пленников магии к нормальной жизни уже нельзя.

— Верно, давно, — печально подтвердил мужик. — А вот теперь много. Как и тварей ночных.

— И кто-то из хозяев хочет переправить их через Пэй, чьи воды способны остановить любую нечисть, — рассудил дознаватель. — Но снова спрошу, зачем?