Книга Русич: Бей первым. Колонист. Генезис, страница 451 – Владимир Поселягин

— Надеюсь, у вас есть веселые молодые симпатичные вдовушки со своим домом, в который ну просто требуется мужчина-постоялец?

— Ох ты какой? – усмехнулся он. – Вдовушки, к сожалению, у нас есть, даже такие, как ты говоришь, только не про тебя они. Здоровьем слаб.

— Ночь не выдержу? – гордо подбоченился я.

— Нет. Оглоблю не сдюжишь. Есть у меня тут одна вдовушка, несчастная девочка, двадцать три года, а уже вдовая. Муж ее шофером у нас был, машина сломалась, он полез, на склоне дело было, не подставил упоры, и вот насмерть задавила она его. Алесей зовут, кухарка она. Может, видел у нас в столовой?

— Это та темненькая? В платке головном? – сразу заинтересовался я.

— Она. Никого к себе не подпускает, уже двух парней покалечила палкой да оглоблей.

— Боевая девочка. Давайте к ней, – сказал я, пылая энтузиазмом.

— Я тебя в наше общежитие хотел поселить, целую комнату на одного выделить, а не койко-место.

— Нет, мне домик по нраву, а уж если там хозяюшка есть, так тем более.

— Ну-ну. Сам прибежишь завтра же. Сейчас отвезут тебя в столовую, на работе она должна быть, ужин готовят, представлю, как нового постояльца. Надеюсь, не прогонит сразу. Да, директор школы звонила, завтра утром тебя ждут, будут проверять знания. По ним скажут, в каком классе будешь учиться. У нас от милиции участковый инспектор на все село, капитан Данилов, он все решит насчет тебя. Кому оформит в семью.

— А что, по-другому никак?

— Год ждать.

— Это да.

Мы доехали до столовой, где председатель завел меня в зал и, кликнув стряпуху, сказал ей:

— Знакомься, Алексей Жуков. Поэт, музыкант, мастер-ремонтник и автослесарь. Он у нас на полставки в совхозе теперь работает. Алексей, эта наша лучшая работница, передовик. Алеся Баринова.

— Рад познакомиться, – сказал я.

— Вот, Алеся, хочу подселить к тебе жильца. Очень надеюсь, не откажешь.

— Пусть живет, – мельком без интереса глянув на меня, ответила та.

— Тогда нужно заселить Алексея. Есть, кого оставить?

— Да, девчата на кухне.

Мы на том же «козлике» поехали до хаты Алеси, именно через «А», на окраине она жила. Вполне справное хозяйство, живность есть. Я следом за хозяйкой, изучая стройную фигурку, прошел во двор, дал понюхать руку собаке, пес сидел на цепи, и отправился к крыльцу. Председатель уже уехал.

— Не боишься пса? – спросила она, покосившись на меня.

— Нет. Они меня любят.

— Хорошо. В хате три комнаты. В одной я живу, тут кухня, а вторую ты займешь.

— Отлично, – ответил я, изучая небольшую светлую комнату, в которой одну стену подпирал округлый бок печки, все в белых тонах, пол покрыт коричневой краской.

Множество вышивок, видимо, хозяйка увлекается. Кровать сетчатая, но никелированная, с постельным бельем. Хозяйка, поглядывая на меня из-под длинных ресниц, наблюдала, как я обустраиваюсь. Достал приемник, поставил на столе, вытянул антенну и пока бросил шнур питания на пол. Вещи разложил в сундуке, шкаф занят, сундук мне освободили. Ловко собрав ружье, я повесил его на стену над кровью и, обернувшись к хозяйке, сказал:

— Думаю, стоит пояснить наши обязанности в доме. Раз я тут живу, обязанности у меня должны быть. По хозяйству что делать, сама скажешь, а вот по вечерам до полуночи я уходить буду. Я как раз до вчера свободен, так что давай говори, что делать, не люблю лентяйничать. По утрам, с рассветом у меня тренировки, так что постараюсь не разбудить. Сами тренировки силовые, для тела. Не музыка, не волнуйся.