Книга Маг, запирающий страны, страница 41 – Aki

Фигура коснулась ногами пола. Её сияние немного притупилось, но не погасло. Она просто стояла там, в центре их стального убежища, куда не мог проникнуть никто и ничто без прохождения через десятки уровней безопасности, герметичные двери, магические барьеры и сканирование.

В комнате воцарилась тишина, настолько полная, что в ушах зазвенело. Слышно было только тихое гудение серверов и прерывистое дыхание доктора Семёновой, находящейся на гране потери сознания от страха.

Но вопреки всему Климов не отшатнулся. Он замер, его рука всё ещё лежала на столе, а пальцы до хруста впились в дерево. Он смотрел в эти золотые, слепые глаза и видел в них отражение собственного потрясения, искажённого и увеличенного до вселенских масштабов. Но вместе с тем он ощущал странное облегчение от того, что обладатель этих слепых глаз до сих пор жив.

Существо повернуло голову в сторону. Его взгляд скользнул по побледневшему, застывшему Орлову, по дрожащему Петровичу, по Семёновой, прижавшей руки ко рту, по Горскому, который, кажется, перестал дышать.

А потом слепые глаза остановились на Климове.

Губы магического чудовища шевельнулись. Знакомый голос, тихий, ровный, лишённый каких-либо интонаций, как голос искусственного интеллекта, заполнил собой всё доступное пространство.

— Полковник. Ваши отчёты о ресурсах неполны. Вы не учли ещё один актив.

Климов попытался что-то сказать. Издать приказ. Закричать. Спросить. Но… горло его не слушалось. Он мог только смотреть, чувствуя, как глаза заполняют предательские слёзы.

Существо медленно подняло руку — ту самую руку, которая могла инициировать даже термоядерный синтез. Оно указало золотым, полупрозрачным пальцем на карту сектора, где мигал значок шахты «Альфа-3».

— Там, на поверхности, находится двести тридцать семь человек. Выжившие. Они заражены радиацией, но уже частично исцелены мной. Они следуют за мной. Именно я привёл их к вашему порогу.

Он сделал паузу, давая этим словам осесть в ошеломлённом сознании присутствующих. Золотой свет в его глазах, казалось, стал чуть интенсивнее.

— Вы впустите их. Обеспечите дезактивацию, лечение, кров. Или…

Он не закончил угрозу. Он в них больше не нуждался. Его появление здесь, в самом сердце неприступной крепости павшей страны уже было угрозой, доведённой до абсолюта. Он не взламывал двери. Он игнорировал само их существование.

Климов наконец смог сделать вдох. Его лёгкие горели. Он выпрямился, пытаясь вернуть лицу привычную маску бесстрастия, но знал, что это бесполезно. Перед ним стояло не оружие. Не стратегический актив. Не явление.

Перед ним стоял призрак. Призрак того, кого они сами создали и кто сейчас являлся их самой главной надеждой на спасение.

Голос Климова, когда он наконец заговорил, был тихим, хриплым, но на удивление твёрдым.

— Первый… Вы… Ты жив.

Золотые глаза сузились на долю секунды, будто рассматривая незнакомый термин. А после он устало вздохнул, его плечи мрачно опустились вниз.

— «Живой» — неадекватный термин, полковник. Я — существую. Больше не как вы. И не как те, кто ждёт у ваших дверей. Так каков ваш ответ, полковник?

Климов быстро соображал. Двести человек. Раненые, облученные. Они опустошат их скудные запасы медикаментов, создадут невероятную нагрузку на системы жизнеобеспечения. Это был риск краха всего хрупкого баланса, который они едва наладили…