Онлайн книга «Маг, сдерживающий армии»
|
На экранах в режиме реального времени отображались десятки параметров: биоритмы, пси-фон, тепловое излучение, даже малейшие изменения в нейрохимии, считываемые нанодатчиками, распылёнными прямо в воздухе. Основной же монитор был разделён на кадры с камер наблюдения внутри резиденции и по её периметру. Сейчас в центре внимания была кухня. Клим смотрел, как Первый готовит курицу. Его лицо, обычно являющее собой идеал бесстрастности, сейчас было слегка напряжено. Но не от опасности. От сосредоточенности. Официально Клима звали полковник Фёдор Сергеевич Климов. Его должность в реестре Министерства обороны звучала сухо: «Начальник отдела специального контроля группы „А“ Департамента стратегической безопасности». Внутри же узкого круга посвящённых он был «надсмотрщиком». Главным смотрителем за единственным в мире стабильным магом уровня много выше стандартной классификации. Его задачей было не командование, не контроль. Его задачей было понимание. Понимание до мельчайших нюансов, до дрожи в пальцах и рези в глазах. Чтобы предсказывать. Чтобы предотвращать. Чтобы, в случае чего, знать, какую кнопку нажать и куда надавить. Его взгляд скользнул по второстепенным экранам, где в виде графиков и текста выводились отчёты за ночь. Данные психологического мониторинга были… тревожными. В 04:17 объект вошёл в фазу глубокого сна. Стандартно. Однако почти сразу пси-активность скакнула до уровня, сопоставимого с фоновыми показателями во время боя под Можайском, хоть и кратковременно. Одновременно датчики зафиксировали всплеск гормонов стресса — кортизол, адреналин — и нейромедиаторов, ассоциирующихся с чувствами ужаса и вины. Температура тела локально повысилась на 2.3 градуса. Произошла микроскопическая, мгновенно залеченная регенерацией деформация мышечных волокон на правой руке и челюсти — как будто он судорожно сжимал кулак и стискивал зубы. Ночной кошмар. Интенсивный, травматичный, — констатировал про себя Клим. В голове всплыли выдержки из последнего сводного досье объекта, которое он знал почти наизусть. Портрет был объёмным, живым, постоянно обновляющимся документом. Не сухие строчки, а переплетение фактов, прогнозов и жёстких выводов. Ключевые тезисы из характеристики, утверждённые Президентом (гриф «Особо секретно. Срока давности не имеет»): 1. Не оружие, а явление. Ошибочно и смертельно опасно рассматривать объект «Первый маг» как инструмент. Он — самоценная, автономная сила природы, облечённая в человеческую форму и имеющая травмированную человеческую психику. Обращаться с ним следует как со стихийным бедствием, которое, однако, способно к диалогу. 2. Доминирующий мотив — экзистенциальная усталость. Не страх, не гнев, не жажда власти. Всепоглощающая, копившаяся десятилетиями усталость от собственного существования. Саморазрушительные тенденции носят не импульсивный, а фундаментальный, мировоззренческий характер. Это его главная уязвимость и главная опасность. Отчаявшееся явление непредсказуемо и его поведение труднопрогнозируемо в стрессовых ситуациях. 3. Моральный каркас — хрупкий, но нерушимый. Вопреки ожиданиям, субъект сохранил примитивную, но чёткую систему этических координат «свой/чужой», «виновен/невиновен». Он не психопат. Он — палач с муками совести, доведёнными до абсолюта. Его можно «купить», но не властью или богатством, а возможностью совершить «хороший», в его понимании, поступок, искупив тем самым мизерную часть «вины». Именно это было использовано под Можайском, и данный метод показал наибольшие перспективы. |