Онлайн книга «Маг, сдерживающий армии»
|
Усталая и немного отстранённая мысль о том, что осталось в той комнате комплекса, вызвала у меня горькую, почти безумную усмешку. Учёные. Эти влюблённые в свою работу странные человечки… Они сейчас, наверное, ликуют. Подарок так подарок. Почти полтонны свежайшего биоматериала. Моя плоть, кровь, дубликаты органов — всё, что я сбросил, готовясь к бою. Они будут копошиться в этом кровавом месиве, тыкать в него щупальцами манипуляторов, разливать по пробиркам, замораживать, резать на тончайшие слои… А после из этого куска мяса они выжмут новые формулы, новые стабилизаторы, новые версии «вакцины». Чтобы следом за этим десятки, сотни смертников получили шанс стать такими же чудовищами, как я. Или просто сдохли в муках. Цикл повторяется. Я, даже пытаясь сделать что-то хорошее, лишь подкидываю дров в топку этого двигателя смерти. Ирония судьбы? Нет, простая логика и здравый смысл. Собрав остатки воли, я устало побрёл к нашим окопам. Ноги были ватными. Перебравшись через бруствер, я просто спрыгнул вниз, не глядя. Удар о землю отдался слабой болью в коленях. Бойцы встретили меня молча, но это у каждого была разная тишина. Взрослые, видавшие виды вояки, с сединой на висках и шрамами на лице, смотрели на меня тяжело, без восторга. Они видели не героя, а оружие. Прекрасно понимали, что именно я сделал. Один коренастый сержант с обветренным лицом молча подошёл и тяжело хлопнул меня по плечу. Жест был красноречивее любых слов: «Жив, и ладно. Работа сделана. Благодарю. Не забуду». А потом он так же молча развернулся и поплёлся в сторону грязного блиндажа, за ним последовали ещё двое, в точности повторив жест с похлопыванием меня по плечам. Они устали. От войны, от смерти, от меня. Не один только я ловил «отходняк» после скоротечного боя. Но была и другая реакция. Пара молодых бойцов, пацанов, у которых ещё и пушок на щеках не сменился щетиной, сорвались с места и подбежали ко мне. Их глаза горели детским восторгом и восхищением. — Вы… Это было просто нереально! — тараторя, выпалил один, русоволосый, тот самый, что напомнил мне мальчишку из подъезда. — Да вы их просто… В клочья! А щит! А как ты землю разорвал! Это ж какая сила! Нет, пацан, это не сила, — устало подумал я, глядя в его восторженное лицо. Это проклятие. А те, кого ты поспешно приписал к «клочьям», — это такие же несчастные люди, как ты, как я, которых система сначала сломала, а потом выбросила за ненадобностью. — Спасибо, — второй, темноволосый и худой, был более сдержан и говорил тише, но с тем же восторженным блеском в глазах. — Они бы нас… Мы бы не справились. Вы нас спасли. Спасибо огромное. Устало слушая их, я постепенно всё больше уходил в свои мысли, иногда цинично и грубо комментируя их похвалу в мыслях. Но уже спустя минуту я не выдержал. Ноги предательски подкосились, и я, уставше оперевшись о сырую земляную стену окопа, медленно сполз по ней вниз, опустившись на корточки. Голова налилась свинцовой тяжестью и откинулась на брёвна укрепления. Я молча уставился в узкую полоску грязно-серого неба, виднеющуюся между краями окопа. Там, в вышине, всё еще жужжали дроны. Продолжали снимать… А пацаны всё не унимались. Их восторженная речь и громкие возгласы лились рекой. Они уже представляли, как такие, как я, гонят врага обратно до самых границ, как война заканчивается победным парадом… |