Книга Жажда бессмертия. Том 11, страница 36 – Морфиус

Абсолютный щит! — Пленка энергии задрожала. Затрепетала. Уже в какой раз. И это вызывало ужас. Ведь не влей я, не влей мы все волю в абсолютный щит, укрепив защиту пятого этапа еще и осколком парагона, то умерли бы мгновенно. Я знал это, потому как шепот смерти уже несколько раз касался души, предвещая кончину. И заставляя трепетать перед ощущением этой безграничной мощи. Такой чужой и вместе с тем чуть похожей.

Все мои представления о силе бездны и ее корнях, которые мы ранее рубили, рассыпались прахом, когда мы дошли до корня четвертого этапа. Он не был каким-то подавляющим в плане размера, возможно, даже чуть меньше корня второго этапа. Вот только здесь, имея возможность войти в полную силу владыки, он преобразился. Стал словно проще, чище, уже не испуская во все стороны слизь и миазмы, хотя местами нарывы и капсулы с чем-то непонятным еще сохранялись. А отростки уходили под землю. Зато, еще когда мы приближались, то ощутили на себе чудовищную ауру. В ней не было концептов. Зато было дыхание бездны. Была прорва духа. И был разум. Чужая воля, что не обрадовалась нам, гостям.

— Бей! — Последовала команда. И мы втроем нырнули вниз, понимая, что у нас будет секунд десять перед следующей волной. Давление тут же выросло. Корень атаковал всегда. Давил непрерывно. Так что вокруг абсолютных щитов воздух воспламенился. Обычный, слабый владыка тут умер бы почти мгновенно, прожарившись, как курочка. Сильные вынуждены были бы быть крайне осторожными. И не факт, что смогли бы победить. Ой, не факт. Мы же, три осколка парагона, могли разрубить это воплощение скверны. И этим и занимались.

Звон разрушения! Удар духом! — Я щедро зачерпнул воли, падая, почти касаясь ногами пылающей поверхности, что при моем приближении словно ожила, ощерилась пластинами, ведь теперь корень напоминал бронированную змею, диаметром десяток метров. А через миг все это начало рваться в молекулярную пыль, истлевая и сгорая в огне моего духа и воли. Сквозь щит начали просачиваться эманации бездны, больно обжигающие тело. Но я знал, что Тинь и Нелл еще больнее. Ибо я уже привык к этой энергии. Вот и сейчас я и сам вложил ее, направив бездну против бездны. В таком хаосе энергии китаянка все равно ничего не заметит.

И на следующие несколько секунд все слилось в противостояние. Сила против силы. Дух против духа. Пространство искрило. А я растворялся в ощущениях звона разрушения и удара духа, который я создал на основе звона. Ужать ауру с сотен метров до максимум десятка. Напитать ее чистым духом. И вот это уже совершенно иная техника. Куда более разрушительная, хоть и чудовищно затратная. И даже так мы не могли расправиться с этой пакостью. А потому Тинь Дао приказала использовать волю и для атак.

Слева от меня в десятках метрах застыла в противостоянии Нелл. Что тоже била духом. А справа в огненной вспышке работала Тинь. И все вместе мы оставляли на теле корня проплавленные язвы. Мы, те, кто могли уничтожать города одним ударом, вынуждены были, как комары укус за укусом подтачивать силу корня, затем сбегая от его контратак.

— Отступаем! — Приказ. И я вопреки желанию звука, вопреки азарту боя, взмываю вверх, снова вливая чуть воли в абсолютный щит. А снизу продолжает реветь наш враг. Он ревет и в ментальном поле. Да так, что его слышно, наверняка, во всем этом мире. Он бьет менталом, заставляя всех сильных тварей, в первую очередь владык, сбежаться на свою защиту. Вот только твари четвертого этапа не стали для нас даже маленькой помехой. Они были откровенно слабы. Даже обычные владыки внешники, довольно слабые, могли с ними прекрасно разбираться. Мы же выкашивали их пачками. А сейчас их и вовсе не осталось.