Книга Жажда бессмертия. Том 9, страница 93 – Морфиус

Звук! — Стихия отозвалась мгновенно, радостно готовясь выполнить просьбу. И огромный кусок мяса килограммов на пять в моих руках зазвучал. Запищал и забился набатом, насыщаясь стихией. Стоит подать чуть больше энергии, и мясо просто разлетится в кровавую кашу. Но я уже натренировался четко дозировать силу так, чтобы невероятно прочное, невероятно жесткое мясо этапа владыки, добытое с дракона, начало размягчаться. За пару минут из состояния прочной резины оно превратилось в нежнейшую отбивную, что начало чуть ли не рваться под собственным весом. А следом оставалось лишь подать немного жара, чтобы его запечь. Для этого, как ни странно, подходили все те же стихии, звук, пожирание, пустота. Просто за счет лучшего познания. Я пробовал и хаос, но его я не мог с такой точностью контролировать, так что результат мог оказаться сомнительным. Сейчас же шмат уже нежнейшего мяса задымил, разогреваясь. Пускай местами он подгорал, ведь создать равномерную температуру просто за счет ци и стихий было пока что сложно. Но уже через пару минут я с аппетитом вгрызся в обед, глотая распадающиеся волокна практически их не жуя и запивая родниковой водой. И это было действительно вкусно. Вскуснее всего, что я когда-либо жрал в ресторанах.

Сама готовка тоже была показательна. Ни для размягчения ни для прожарки мяса мне не нужны были техники. Хватало голого контроля и расхода стихий, вернее стихиальной ци, ведь сами стихии были абстрактны и потратить их было нельзя. Кто знает, что еще я смогу, стоит немного потренироваться? Где вообще можно использовать энергетические таланты? Строить дома, сплавляя камни, выполнять мелкую работу, это все понятно. Но теперь я задумывался и о куда большем.

По стенам пещеры, в выемках, лежали куски костей, металлов и камней, излучающие довольно яркий, ровный свет. Артефакты. Артефакты, что теперь создавала Нелл, ухватившаяся за новые возможности. Постижение дара артефакторики прошло с трудом. Нагрузило ее сознание до предела. И не только знаниями, которых там и почти что не было. А чем-то иным. Настолько, что мне иногда казалось, будто и ее личность снова претерпела довольно сильные изменения. Впрочем, учитывая, что это вырвало ее из хандры и черной скорби, я был только рад.

Однако, несмотря на все это, результаты пока что был весьма и весьма скромными. Небольшие светильники, нагреватели, и то, это скорее пока что были очень ранние прототипы. Так что наши самые смелые надежды на создание сильных артов пока что нужно было выбросить в мусорку.

— Как успехи? — На мой вопрос в ответ пришло едва уловимое недовольство тем, что я ее отвлекаю. И едва уловимым оно было лишь по тому, что Нелл ни на что не могла отвлекаться, даже на эмоции, сосредоточившись на работе. И я начал просто наблюдать через связь с ней, что же она делает. А артефакторика, как ни странно, сводилась к рунам. И использовала просто начертание уже чаще всего знакомых нам символов из языка Неттона. В Неттоне использовались буквы, хоть их было и больше, чем в любом земном алфавите. Но каждая буква несла в себе глубокий смысл, уходя корнями к чему-то, где, возможно, каждый иероглиф нес многогранное значение.

Но я, как и любой другой новый пользователь языка, мог в лучшем случае подобрать к букве одно значение, типа вот эта буква символизирует дом, а вот эта смерть. Нелл же получила своего рода расширенную базу, где в каждый символ и чёрточку вкладывался смысл. Впрочем, это все могло быть профанацией и плацебо. Ибо сколько я ни пытался повторить все в точности, что и она, но даже таких скудных результатов не получал. Вернее местами что-то выходило даже лучше. Например, я тоже мог заставить кусочек металла издавать звук. И причем как! Вот только это объяснялось лишь вложенной мной стихией, тем, что я был на пике познавшего. И через минуту в лучшем случае кусочек металла снова становился мертвым. У Нелл же получались условно долгоживущие конструкты.