Книга Демон-Экзорцист III, страница 109 – Виктор Молотов

— Кто эти люди? — строго спросил у Сони отец.

— Скорее всего, кто-то из аристократов, — догадался я, — раз ваша дочь испугалась так сильно, что даже вам не сообщила.

— Да, так и есть, — кивнула Соня. — Мне выставили условия, чтобы за три недели я смогла вернуть наши отношения. Если у меня это не получится, то пострадает вся моя семья. Срок вышел вчера.

— Соня, ну нельзя же быть такой глупой! — повысил голос Николай Дмитриевич.

Его реакцию легко было понять. Расскажи Соня отцу раньше, он бы успел что-нибудь предпринять: усилить охрану в их доме, защититься любыми способами. Но нет… времени на раздумья не осталось.

И ведь не скажешь, что эту девушку воспитывала одна из самых богатых семей Мурома. Ведёт она себя как обычная простолюдинка, хотя мне до сих пор кажется, что после лечения менталистов в Москве в её голову вложили какие-то команды… и теперь то, кем она должна стать, противоречит тому, кем на самом деле является. Отсюда и разница в поведении.

— Я боялась, — прошептала она. — Мне сказали, что если расскажу, то всю мою семью ждёт мучительная смерть.

Этим перед девушкой поставили сложный выбор. И она сделала так, как сочла правильным…

— Соня, если ты сейчас всё подробно расскажешь, у нас будет возможность защитить семью. Ты это понимаешь? — строго спросил её отец.

— Понимаю, — ответила она, не поднимая взгляда.

— В таком случае говори.

— Поскольку неприятности связаны с нами, то мы готовы помочь, — предложил я.

Не мог остаться в стороне, когда по факту Соню завербовали только из-за её прежних отношений со мной.

— Не стоит, Александр, эта глупость была совершена моей дочерью, и вы не имеете к этому никакого отношения. Не будете же вы помогать всем, кого пытаются поставить рядом с вами. Думаю, таких людей в дальнейшем будет много, — Николай Дмитриевич произнёс дельную вещь…

Если не учитывать того факта, что наши семьи давно дружили, и по факту мы не были друг другу чужими людьми.

— Мы поможем, — отрезал я. — Да, отец? — повернулся я к своему отцу.

Он ответил сразу, даже не задумываясь:

— Конечно. Об ином и речи быть не может, — кивнул он.

— Соня, говори, — велел Николай Дмитриевич своей дочери.

Она тяжело выдохнула и произнесла:

— Помнишь, когда моё психическое здоровье слегка поехало?.. — тихо спросила она.

— Да, тебя отправили к менталистам в Москву, это не секрет.

— Так вот, как только Саша воскрес, в моей голове появилась мысль о том, что я обязана вернуть эти отношения. Затем пришло приглашение в Москву, где мне всё подробно объяснили. Ты же помнишь этот бал у Кольцовых?

Это был один из богатых графских родов. Кольцовы были владельцами крупнейших заводов по производству смартфонов по всей империи. Им принадлежало несколько брендов, из представленных на рынке.

— Помню, ты поехала туда одна, — ответил Годунов.

— Да, там я попыталась поговорить с менталистом, который надо мной работал, выяснить, почему у меня появилось это странное желание. И как бы я ни пыталась от него отвязаться, у меня не получалось. Тогда он раскрыл карты и сказал, что у меня есть три недели… не больше.

— И, как понимаю, заинтересованы в этом отнюдь не Кольцовы. Бал у них был прикрытием, — догадался я.

Такой влиятельный род не стал бы заниматься подобными вещами. У них куда больше власти, чтобы действовать прямо и наверняка. Пригласили бы меня к себе и предложили покровительство за свою цену. Так было бы куда логичнее.