Книга Пенрик и Дездемона. Книга 3, страница 63 – Лоис МакМастер Буджолд

— Позже, – пообещал Пен. – И лучше за галлоном вина. О. – Он повернулся к Дубро. – Возможно, этого не было в вашем обучении, но один чародей не может исцелить другого. Демоны несовместимы. Прежде чем вы отправитесь домой, я должен научить Маску некоторым приемам для сохранения вашего здоровья.

Глаза Дубро по-прежнему были широко распахнуты.

— Э-э… спасибо.

Пен ухмыльнулся обоим мужчинам. Не в силах устоять перед его эйфорией, они улыбнулись в ответ, и выражение их лиц было редким и желанным.

— Ладно. За дело!

* * *

После обхода Пен постарался как можно скорее разделаться с самыми важными делами из списка. В кавалерийских конюшнях Дубро смог находить больных животных почти так же быстро, как и Пен. Оставив капитана Сурана разбираться с протестами после их визита, Пен впервые повел своего коллегу в Тино, сперва для ознакомления посетив самых больных пациентов, а потом направившись в дубильню. Пен не знал, была ли серьезная вспышка заболевания в семействе дубильщиков вызвана укусами слепней или зараженной кровью, с которой они контактировали в процессе работы, но он также до сих пор не знал, заразился ли мастер Оридес в ходе первых вскрытий. В любом случае они отыскали чужеродных слепней на зловонном дворе дубильни. Воистину синие ведьмы.

Маска ловко прикончил их. Очевидно, демону-псу нравилось охотиться за смертоносными синими слепнями, как нравилось охотиться на кроликов и ласок в былые дни на ферме. И потому Пен со спокойным сердцем оставил их обходить деревню и ее окрестности в поисках других слепней. Больных лошадей и мулов придется не трогать, пока не явится кто-то, облеченный властью, но в отсутствие слепней они не будут представлять непосредственной угрозы.

Он вернулся через скотобойню, где его ждала овца, которую ему предстояло завтра увидеть на своей тарелке. Он действительно собирался отказаться от мяса. Пен рассказал сержанту Джасенику и его людям про привезенных лошадей и вторжение степных слепней; Джасеник испытал одновременно ужас и удовлетворение, поскольку его мнение о больных животных оправдалось. В любом случае, когда Пен поспешил в форт, на скотобойне не осталось ни живых овец, ни каких-либо мух.

И на переднем дворе, в свете клонящегося к горизонту солнца, его попытался проткнуть копьем обезумевший кавалерист.

Пен так устал, что даже с помощью ошеломленной Дез едва успел уклониться. Острие копья, которое солдат пытался вогнать ему в спину, прорвало тунику и кожу и скользнуло по ребрам под левой рукой. Древко рассыпалось пылью, а наконечник отлетел в сторону на мгновение позже, чем следовало.

— Бастард всемогущий! – выругался Пен, разворачиваясь и готовясь обездвижить ноги солдата при помощи теперь отточенного перекрута нервов. Но два потрясенных стражника уже подбежали и схватили кавалериста.

— О, – прохрипел Пен. – Хорошо.

Он потрогал красное мокрое пятно на боку. Очевидно, минуту спустя станет по-настоящему больно.

— Просвещенный сэр! Вы в порядке? – Проходивший мимо офицер встревоженно схватил его за руку.

А что, я выгляжу так, будто я в порядке? Алая кровь сочилась сквозь тунику и стекала на брюки. Проклятье, позже придется чинить и стирать одежду. Пен раздраженно стряхнул офицера.

— Не касайтесь моей крови. Она может быть заражена.