Книга Рунник, страница 83 – Константин Борисов-Назимов

— Не пойму, это плохо или хорошо? Как скажется на девочках? — нервно спросила моя собеседница.

Все-то она понимает, в том числе и что жизнь будет, как минимум, сложнее и опаснее. Хотя, казалось бы, куда им еще испытаний! Богатством в квартире и не пахнет, продукты питания, как успел заметить, из разряда дешевых. Одежда на Ирине из нижнего ценового сегмента, на Ане уже дороже.

— Боюсь, не самым лучшим образом, — вздохнул я. — Мне, например, делали предложение продать часть земель клана. Если же не соглашусь — обещали закопать в ближайшем лесу. С трудом отбился, они не ожидали моего отпора, вот и оказались неготовы к драке. У адвоката, каюсь, забрал портфель, в котором и обнаружил документы, — подвинул бумаги к Трофимовой: — Почитай, много интересного узнаешь. Кстати, характеристика на меня там тоже имеется, она в самом низу.

Ирина положила ладонь на документы, пару секунд молчала, а потом вытащила нижний лист, при этом смотря мне в глаза. Мне показалось, что хозяйка квартиры в какой-то момент использовала дар. Что она попыталась узнать и удалось ли ей это? Нет у меня ответа, надеюсь, когда-нибудь узнаю.

— Это же просто распечатка, нет ни подписей, ни печатей, — с недоверием констатировала хозяйка квартиры. — Предлагаешь поверить тебе на слово и этим филькиным грамотам?

— И для чего мне это нужно? — сделав глоток воды, поинтересовался я. — Могу билеты показать, как сюда добирался, чтобы предупредить об опасности.

— Зачем? Мы же для тебя никто, с чего вдруг такой широкий жест?

— В какой-то степени, я с твоими воспитанницами в одной лодке, ситуация схожа. Моим опекуном стал кузнец, назвавшийся дальним родственником, а как недавно выяснил, то он им никогда не был. Про свое детство ничего не помню, только какие-то смутные воспоминания, на тот период времени у меня в памяти ментальный блок. Кто и зачем его поставил — понятия не имею. Рос и учился в небольшом городке, на территории общины со своими правилами и порядками. Как только немного подрос, стал помогать приемному родителю, работая в кузне. Это только на бумаге и в законах детский труд запрещен, меня же заставляли молотом махать, будучи ребенком. Не подумай, не жалуюсь, в какой-то степени благодарен своему опекуну за то, что стал сильным морально и физически. Всё заработанное кузнец оставлял себе, последние годы только стал давать карманные деньги и то копейки.

— Алексей, прости, но зачем ты об этом рассказываешь? — чуть криво усмехнулась Ирина. — На тебе одежда новая, стоит столько, сколько не заработаю и за год. И после этого говоришь, что жилось тяжко?

— Смысл жаловаться, — пожал плечами. — А шмотки, — дернул себя за ворот футболки, — подарок одной одноклассницы, которая таким образом извинялась за некий между нами инцидент.

— Твоя знакомая богачка?

— Не бедствует, дочь главы общины, — вспомнил я.

И как Алина на разных тачках гоняла, а еще и пару раз в школу с телохранителями заявлялась, строила из себя не пойми кого. Тем удивительнее было узнать, что все это у девушки напускное, этакая вторая кожа, под которой скрывается совсем другая личность. Если жизнь ее заставить все время в маске ходить, образно выражаясь, то, скорее всего, та правильная девушка, что живет в ее душе, исчезнет. Надо бы постараться ей помочь, еще и из своих интересов, в постели чертовка очень хороша.