Книга Рунник, страница 76 – Константин Борисов-Назимов

— Мутная история, — покачал я головой, прекрасно понимая, что не обошлось без тех, кто находился у власти и, в лучшем случае, смотрел на происходящее сквозь пальцы.

И что неприятно, так это действия министра охранного ведомства! Лично-то с ним не знаком, но является отцом Юлии. Вот же странный выверт судьбы! Насколько понял из публикаций, со слов моего личного менеджера, когда она пару раз упоминала отца и его отношения с Великим князем, то они давние друзья и друг другу безоговорочно доверяют. А из этого вытекает, что и Романов все отлично знал. Все активы у так или иначе пострадавших кланов изъяли в казну. Было объявлено, что империя позаботится о них и вернет законным владельцам, когда те достигнут совершеннолетия или объявятся те, кто пропал без вести. Это касалось всех кланов сразу, в некоторых случаях делались исключения. Но что еще интересно, империя не объявила, что окажет какую-либо помощь несовершеннолетним, являющимся на тот момент прямыми наследниками. Мало того, в прессе развернулись дискуссии, а не обязать ли их выплачивать долги, разумеется, когда они достигнут совершеннолетия.

— Все ли это так в действительности обстояло? — сам себя спросил и только головой покачал.

Боюсь, эта информация проходит под грифом совершенно секретно. А то и вовсе находится в нескольких головах, которые не станут делиться опасными знаниями и уж тем паче предавать их огласке.

— Так мы с вами соседи! — воскликнула виденная на перроне бабища: — Василий, залезай на свою полку, а я с молодым человеком побеседую! — приказала та и представилась: — Ко мне можете обращаться Клавдия Борисовна, мой муж, — кивнула на верхнюю полку, куда уже мужичок забрался и блаженно вытянулся, — Василий Трофимович. А как вас зовут?

— Алексей, можно без отчества, — ответил ей и деланно зевнул, в последний момент прикрыв рот ладонью: — Простите, устал, всю ночь с подругой веселились. Сил никаких нет, — сделал вид, что собираюсь спать, мысленно себя пожалев, что с попутчиками не подфартило.

И это подтвердилось через пять минут, когда четвертым нашим спутником оказался армейский майор, чуть старше сорока, грузный и с командирским голосом. Он сразу сделал пару сальных комплиментов Клавдии Борисовне, а на робкую ее попытку указать, что путешествует с мужем, получила ответ:

— Муж не шкаф, его отодвинуть можно! Верно⁈

— Но как такое возможно! — всплеснула руками толстуха, с форм которой майор глаз не сводит и чуть ли не облизывается.

— Что вы такое себе позволяете⁈ — возмутился Василий.

— Шутка! — рявкнул майор и вытащил из портфеля бутылку коньяка: — Если не понравилась, аль кого обидел, то прошу распить со мной мировую. Если развеселил, то угощаю от души.

— Ну, если от души, — захлопала глазками Клавдия. — Мы же не вправе отказать, верно?

— Так точно, отказ не принимается! — широко улыбнулся майор.

А до конечной чуть больше десяти часов, это если поезд проследует без опозданий. Как мне в этом дурдоме ехать? Наложить на всех заклинание молчания? Не вариант, побегут за транспортной полицией, начнутся разбирательства и будет совсем плохо. Да и не хватит моих сил, чтобы весь вагон усыпить! А большинство, словно сошли с ума, еще и детишки с воплями по коридору носятся. Блин, следовало разориться и купить место в купе. Правда, не факт, что и там бы с попутчиками повезло. Надо терпеть, сжать зубы и делать вид, что сплю.