Книга На краю Земли, страница 9 – Сергей Измайлов, Сергей Хардин

— Значит, знает, — сухо сказал Виктор. — Тебе какая разница?

Анатолий хотел что-то ответить, но только фыркнул. А мой темноволосый помощник нравился мне всё больше. Спокойный, немногословный, не лезет с ненужными вопросами. Анатолий тоже оказался неплох, отваги ему точно не занимать, но рыжему сначала требовалось сказать, потом подумать, а Виктор, похоже, поступал наоборот. Для командира второе заметно удобнее.

Мы ещё несколько часов шли по почти заросшей дороге, новых нападений не случилось. Лучники по пути подстрелили нескольких зайцев и трёх уток, когда дорога подходила близко к реке.

После полудня лес впереди неожиданно начал светлеть. Я даже остановился. На фоне ставшей привычной болезненной черноты яркая зелень выглядела почти неестественно.

За деревьями показалось поселение. На небольшом возвышении стояло десятка три бревенчатых домов и маленькая церквушка на пригорке. Поречье. Значит, добрались.

Несколько местных жителей застыли посреди улицы и молча смотрели в нашу сторону, потом кто-то позвал соседей. Из домов начали выходить люди, подходили к плетням, останавливались у ворот, всматривались в остановившийся на краю леса вооружённый отряд. Даже с расстояния было заметно: особой радости наше появление у них не вызывает.

— Идём, — сказал я и расправил плечи. — Анатолий, стяг выше. Пусть знают, кто к ним пожаловал.

— С удовольствием, ваше сиятельство.

Видавший виды синий стяг с родовым гербом взмыл над нашими головами. Мы шагнули вперёд, бряцая доспехами.

Я заставил себя улыбнуться как можно дружелюбнее и поднял руку в приветствии. Сейчас предстоял новый бой, только, похоже, уже без мечей.

Дорога, до этого петлявшая между колючими кустарниками, скрюченными косматыми деревьями и исполинскими валунами, наконец вывела наш отряд к первым деревенским плетням.

Издали Поречье показалось мне почти уютным, но вблизи впечатление быстро испортилось. Нет, зелёные огороды и бревенчатые срубы всё равно радовали глаз куда больше, чем тёмные чащобы за спиной, однако с каждым шагом становилось очевиднее: местная идиллия трещит по швам.

— Да уж, деревенька-то не ахти, — протянул Анатолий, крутя головой по сторонам. — Избы кое-где покосились, плетни что решето, крыши на честном слове держатся.

Виктор мельком посмотрел на ближайший двор, где одна из жердей изгороди была подвязана полуистлевшей верёвкой.

— Радостью не пахнет.

— Да какая тут радость? — рыжий махнул рукой на заросший бурьяном огород. — Чахнет деревня. В княжестве сельский люд за двором следит, а здесь… Вон крыша проваливается, сорняки по пояс. Словно людям уже сил не хватает.

Он помолчал и добавил тише:

— Или надежды.

Последнее замечание мне понравилось куда меньше его обычного трёпа. Похоже, не один я заметил, насколько здесь всё плохо.

Но ещё сильнее домов меня поразили люди. Поглазеть на нас вышло, кажется, почти всё оставшееся население Поречья. И встречали нас совсем не так, как я ожидал от подданных, к которым прибыл целый граф с вооружённым отрядом.

Несколько бородатых мужиков, стоявших впереди, переглянулись и почти одновременно сделали по шагу навстречу, невольно заслоняя собой женщин и детей. Старуха в серой шали крепче прижала к боку девчушку лет пяти, что-то быстро прошептала соседке и, покосившись на родовой стяг, истово перекрестилась.