Книга На краю Земли, страница 86 – Сергей Измайлов, Сергей Хардин

Яков подошёл ко мне только после того, как убедился, что разгрузка действительно идёт с должной скоростью и без лишней суеты.

— С возвращением вас, ваше сиятельство, — произнёс староста, тяжело переводя дыхание. — За время вашего отсутствия у нас тут кое-что случилось, да и спросить надобно.

— Через час зайдёшь ко мне и всё по порядку расскажешь, — остановил я его, не дав пуститься в длинный доклад прямо посреди улицы. — А сейчас проследи, чтобы мокрое зерно не свалили кучей, и чтобы никто ничего не растащил «на минутку», а потом забыл вернуть.

— Сделаю, ваше сиятельство, — быстро согласился Яков и, не теряя времени, снова направился к телегам.

Я повернулся к Мирославу. Старик всё ещё стоял неподалёку и задумчиво разглядывал деревню.

— Давно здесь не были? — спросил я, поравнявшись с ним.

— Давно, — медленно ответил Мирослав и посмотрел в сторону церкви. — Если честно, уже и не надеялся, что снова увижу это место. Но, видно, судьба в вашем лице решила надо мной ещё немного поиздеваться.

— Судьба вообще дама с весьма своеобразным чувством юмора, — усмехнулся я. — Пойдёмте, пока поселим вас в доме моих десятников. Он рядом с моим, места хватит. Отдохнёте, а завтра уже решим, куда вас определить на постоянное жильё.

— А почему сразу у десятников? — тут же встрял оказавшийся поблизости Анатолий.

— Потому что ты самый гостеприимный человек в моём отряде, — не задумываясь, ответил я.

Рыжий подозрительно прищурился, посмотрел на Мирослава, потом снова на меня.

— Чувствую, ваше сиятельство, что меня сейчас опять похвалили так, что работы прибавится.

— Быстро учишься, — ответил я с ухмылкой, Мирослав хмыкнул.

* * *

Яков пришёл аккурат через час. К тому моменту я успел смыть с себя дорожную пыль, речной ил и успевшую засохнуть чёрную кровь заражённых тварей, переодеться в чистую одежду и даже несколько минут спокойно посидеть на лавке, ничего не решая и никем не командуя. Удивительно приятное ощущение.

Староста ввалился в дом запыхавшийся, со съехавшей набок соломенной шляпой и восковой табличкой в руках. Всю её поверхность покрывали кривые записи, которые больше напоминали мне случайно пересёкшиеся следы нескольких пьяных насекомых, но сам Яков, судя по всему, прекрасно в этих каракулях разбирался.

Табличку я вручил ему ещё в первый день. В нынешнем мире существовали книги, бумага и даже вполне приличная письменность, но расточать дорогой материал на ежедневные хозяйственные записи местному старосте было бы настоящим барством. Поэтому старая добрая восковая табличка пока заменяла ему блокнот, ежедневник и, судя по объёму записей, половину бухгалтерии Поречья.

— Ваше сиятельство, дозвольте по порядку доложить, — начал Яков, едва отдышавшись. — Значится, сперва про Трофимовых кур. После волчьего налёта три несушки у него нестись перестали, и он теперь спрашивает…

— Яков, давай сразу договоримся, — перебил я старосту и указал ему на лавку напротив. — Если я лично начну разбираться с каждой курицей, которая решила временно прекратить выполнять производственный план по яйцам, то скоро мне понадобится отдельный секретарь по птицеводству.

Старик захлопал глазами.

— Какой ещё план?

— Неважно, — махнул я рукой. — Смысл простой: такие мелочи решаешь сам. Ты здесь староста именно для этого. Если по каждому гвоздю, курице или покосившейся жерди будешь бегать ко мне, мы оба очень быстро сойдём с ума.