Книга На краю Земли, страница 35 – Сергей Измайлов, Сергей Хардин

— Следил, — неохотно согласился Яков и отвёл взгляд, словно его вдруг заинтересовала околица. — Только не из наших.

Он остановился возле покосившегося плетня, поправил одну из жердей и продолжил уже тише:

— Старец к нам ходил. Мудрёный человек. Жил один в лесу, далеко отсюда. Раз в несколько месяцев приходил, иногда чаще. Иногда по полгода не показывался.

— Имя было?

Яков замялся.

— Мирославом звали.

Имя я запомнил.

— И что он делал? — продолжил я собирать информацию по крохам, хотя по идее мне должны были сразу её выдать.

— А кто ж его знает, ваше сиятельство? — Староста развёл руками. — Спускался к Камню один. Мы туда без нужды не совались. Потом выходил, говорил, что всё в порядке, и уходил.

— Платили ему?

— Не то, чтобы платили, — пожал Яков плечами. — Что уродилось — относили. Муку, мясо, сушёную рыбу, мёд, когда был. Оставляли недалеко от его избы на большом камне. Он сам просил к дому не лезть.

— И пока он приходил, проблем не было?

Яков медленно покачал головой.

— Такой беды точно не было. Земля чистая стояла далеко вокруг деревни. Заражённое зверьё, бывало, заходило, куда без него, но гораздо реже. Ему просто незачем было близко держаться — вокруг нормальный лес был.

Вот это уже звучало разумно. Не невидимая магическая стенка, через которую монстры почему-то не могли пройти, а обычная зависимость: чем меньше заражённой земли рядом, тем меньше и заражённой живности крутится возле деревни.

— А сейчас где Мирослав?

Яков шумно выдохнул.

— Пару лет как сгинул.

— Просто перестал приходить? — уточнил я.

— Сперва так и думали, ждали. Первый год Камень вроде ещё держался, ничего особо не менялось, а потом стало хуже, — староста нахмурился. — Собрали мы как-то мужиков, пошли искать, только лес уже другим стал, до его избы даже не добрались. Волки напали, огромные. Двоих наших тогда крепко порвали. Один через неделю помер. Второй ещё через две.

На несколько секунд между нами повисла тишина. Ещё одна проблема в список. Пропавший человек, который, возможно, понимал Камень лучше всей деревни вместе взятой.

Когда дошли до последнего двора у околицы, Яков внезапно остановился.

— Дальше сами, ваше сиятельство, — сказал староста и махнул рукой. — Показал, что знал, теперь дела есть.

— Какие ещё дела?

Старик посмотрел на меня так, будто вопрос был совершенно лишним.

— Людям рассказать про кабана надо. Потом дворы обойду, где крыши самые худые. Посмотрю, кому до зимы точно не дотянуть. Сараи опять же.

Он сердито мотнул головой в сторону ближайшей покосившейся постройки.

— А то Камень-то Камнем, а коли человеку ночью потолок на голову рухнет, никакая магия не поможет.

Вот это было уже по делу, я даже усмехнулся.

— После обеда собирай людей с инструментом, начнём ремонт. Мои тоже помогут.

— Соберу, ваше сиятельство, — сказал Яков уже более охотно, в уголках рта даже появилось подобие улыбки.

— И особенно тех тащи, кто громче остальных жалуется на собственную крышу.

Яков усмехнулся в бороду.

— Сам знаю.

Похоже, старик действительно начинал мне нравиться.

* * *

За обедом наконец появилось время заняться осколками.

На столе стояла каша, хлеб, остатки вчерашней зайчатины и кувшин с квасом, Анатолия и Виктора я снова посадил за один стол с собой. Поначалу оба относились к этому настороженно, особенно Виктор, но постепенно привыкали. Мне же изображать великого господина и заставлять прикрывающих мою спину людей есть где-нибудь у порога совершенно не хотелось.