Онлайн книга «Сотканный мир. Часть 2. Восставший»
|
А сейчас я сосредоточусь на ближайшей цели — мне нужен шлем, и я его добуду, чего бы мне этого не стоило! Продвигаюсь дальше. Мне кажется, что Свалке нет конца. Даже воздух, и тот стал другим. Более плотным, спертым, насыщенным тяжёлыми испарениями, как в тропиках. Изменились даже биомеханические конструкции вокруг меня. Они, будто нарастают вокруг меня, таким гроздьями, как растения, оплетенные лианами в джунглях. Пространство для маневра сокращается. Я удваиваю бдительность. Медленно кручу головой по сторонам. Стараюсь не чавкать жижей под ногами. Иду, постепенно выдирая ногу из грязи, и осторожно ставлю её вперед, как сапер идёт по минному полю. Сетка перед глазами сужается. Ячейки по-прежнему мертвы. Если паутина не врет, то в этом месте Свалки нет ни одного живого существа. Вообще никого. Только остовы гигантских устройств. «А вот мертвые, — задумываюсь я, — они здесь есть, или нет? И, как на них будет реагировать сетка? Засечет или пропустит?». Я зябко поеживаюсь. Мне постоянно кажется, что за мной наблюдают. Десятки пар глаз. Нечеловеческих. И, даже не совсем глаз. Просто у этих существ есть способность видеть. В тумане. В темноте. Даже сквозь стены. Я останавливаюсь. Прижимаюсь спиной к изрезанной, как кора дерева глубокими бороздами, поверхности биомеханического исполина. Верхушка этого, хрен проссышь, что за устройства или останков Древнего, теряется в тумане. Она нависает надо мной, как башня, и мне чертовски неуютно находиться рядом вот с этим. Будто ОНО сейчас оживёт и схватит меня, выпустив ловчие щупальца с крюками. Но, делать нечего. Это — хоть, что-то, чтобы на тебя не напали с тыла. Я озираюсь и вижу, что, то тут, то там, прямо вокруг меня, ввысь, под прикрытием тумана, устремлены такие же биомеханические колоссы. Сколько в них метров? Тридцать? Пятьдесят? Больше? В тумане этого не понять, словно он размывает границы не только реальности, но и сознания, заставляя тебя сомневаться, что правда, а что — мираж. Вдоль уродливых, деформированных и искривлённых туловищ этих колоссов свисают длинные кожистые ленты, уже иссохшие до состояния пергамента от времени, и щупальца, так похожие на ветви растений, типа плакучей ивы, только большей толщины, чем мы привыкли. Эта хрень качается туда-сюда на небольшом ветру, точно длинные волосы и издаёт вот такой звук: Шшш… Шшш… Шшш… Будто ты слышишь потревоженную змею, пригревшуюся на солнце, и от этого мне становится по-настоящему жутко. Я задираю голову. Смотрю вверх. Контуры колоссов похожи на негатив на фото. Странные, смутные, ненастоящие, подёрнутые бело-серой дымкой. Я смотрю на них, а они смотрят на меня, как если бы я глядел в бездну. Есть в этом, что-то от Лавкрафта с его «Хребтами безумия» и Ктулху. «Эти колоссы, — думаю я, — эти титаны Сотканного мира, они мертвы или нет? Прикидываются? Или тупо ждут, когда я подойду к ним поближе, чтобы разорвать меня на клочки?». Фигуры не шевелятся. Они похожи на причудливые скалы, за которыми тысячи лет безмолвия. «Я должен идти дальше! — приказываю я сам себе. — Должен!» Ноги меня не слушаются, но я заставляю себя оторваться от прикрытия и шагнуть в неизвестность. Едва я это делаю, на меня, волной, накатывает леденящий ужас, который сразу же запускает свои когти мне в сердце и сжимает его своими холодными пальцами. |