Книга Трон галактики будет моим! Книга 7, страница 8 – Дмитрий Богуцкий, Андрей Скоробогатов

Но я всё равно был настороже. Как-то неуютно мне было, учитывая, что почти все, кого я встретил на пути от станции порта до резиденции — были женщинами. Причём молодыми и красивыми! У нас, конечно, тоже на планете функцию полиции выполняет армия боевых горничных, но тут… Ни одного представителя мужского пола — что среди людей, что среди сервов. В какие-то моменты создавалось ощущение, что князь вырезал всё мужское население в округе, заменив его на длинноногих спортсменок обоих видов анатомии.

Тревожный звоночек. Не такой я помнил столицу этой планеты. Совсем не такой.

— Так значит, это и есть тот самый Орден отряда Безумие? — спросил князь, внимательно разглядывая наградной знак на груди у Макса и Октавии, сопровождавших меня.

Я кивнул.

— А как данный орден можно получить? — осведомился Марат Никанорович. — За что его вообще выдают? Его вообще возможно получить человеку, не родившемуся на Гербере? Я вот, например, как могу такой получить?

Да он никак в братья-орденоносцы мне набивается!

— Разумеется, можете, — хладнокровно подтверди я — Достаточно с одним бластером наперевес в лёгком скафандре десантироваться на раскаленную планету и порвать пасть первому попавшемуся ордынцу. И орден ваш. Я его вам лично немедленно выдам. Статут ордена межпланетный, я, вот к примеру, родился не на Гербере. Я родился здесь, на Ковыле.

И я не врал. Именно так и было, правда, я и не люблю и не любил это афишировать. Хоть это и моя родная планета — меня с ней очень мало чего связывало.

Князь Умайский был несколько разочарован, он явно думал, что процесс получения ордена должен быть несколько проще, хотя бы для него лично.

— Вот как? — тем не менее вежливо поразился он. — Так мы — земляки?

— Я прожил здесь первые два года своей жизни. Отец после свадьбы служил штабным в роте снабжения Третьей Орбитальной станции. В Ковыльске-Центральном, который сейчас Александровск.

На самом деле мой отец на момент моего рождения уже был вице-графом — четвёртым в иерархии наследования графского титула Герберы. И какое-то время в молодости служил в чине капитана второго ранга заместителем командующего всей Третьей Орбитальной Станции эскадрильи Умай. А его старший брат, мой дядя, был адмиралом Объединённой тридцать седьмой сторожевой Флотилии войск Помпейского Великого Княжества, второй по величине и значимости, после флотилии самого Великого Князя.

Погиб дядя в ходе одного из рейдов на мятежный флот князей Тайги и Пармы ещё до моего рождения.

Сильно потом, через полвека после моего погружения в капсулу, в ходе одного из налётов Орды станция, где когда-то служил отец, была разрушена на орбите и упала в океан. Данные с личными делами офицеров были уничтожены, а архивные копии Империя, насколько я мог понять, подсуетилась и удалила.

Идеально — я практически не соврал. И в легенду товарища Иванова вполне ложится.

— Ясно, — кивнул князь. — Очевидно, печальная история, и вы, Александр Игнатьевич, не хотите про это вспоминать?

— Вы очень чуткий психолог, — усмехнулся я и не сильно изящно перевёл тему. — Подскажите, князь, а зачем вам так много женщин в окружении? И все, знаете ли, модельной внешности.

— Знаете, в молодости я испытывал большую тягу к спортсменкам. Но я уже порядком устал от этого… коллекционирования, — сказал князь, отпив чая. — Да и вообще, по правде сказать, устал. Ото всего вот этого. Хочется отойти от дел, уединиться где-нибудь на отдалённом курортном острове в безопасной планете. И писать поэмы.