Книга Трон галактики будет моим! Книга 4, страница 19 – Дмитрий Богуцкий, Андрей Скоробогатов

— То если либо это какой-то секретный полигон Империи, либо какая-то очень мощная закрытая организация. И скорее всего — второе.

Тут я обратил внимание, как Андрон довольно лыбится.

— Он что-то знает, — сказала Октавия. — А ну говори, головастик.

— О, это так мило, госпожа, что вы оскорбляете меня на основании моих же аппаратных недостатков! Я не знаю, но у меня есть предположение.

— Поделись с нами.

Он внимательно осмотрел нас, вероятно, чтобы мы прониклись его мудростью.

— Я перед вылетом просканировал публичные объявления о найме на «удалённые работы» с оплатой наличными и сопоставил их с публичными докладами контр-разведок Великого Княжества.

Октавия вздёрнула бровь. Наверное, она немного оскорбилась на тему того, что такая гениальная мысль не пришла ей раньше. Ну да, вот так вот бывает, что местный ржавый «головастик» оказался, простите за каламбур, головастее высшего андроида. Просто потому что не просидел в бункере Пантеона сто лет, а активно участвовал в местных мутных схемах и лучше погружался в контекст.

— Ещё я сюда добавил данные единственной транспортно-грузовой компании с Гиацинта, которая водит сюда маршрутку. Очень мутная компания. Итак, моя гипотеза. Скорее всего это «Бригада Отчужденцев». Их присутствие фиксировалось в системе Ковыля все последние пятьдесят лет. Определённо это они, да.

Я сжал кулаки. Терпеть не могу этих ублюдков! Анархисты, выступающие за убийство императора и всяческое разрушение монархии. Ещё до вторжения Орды, сразу после выпуска из академии, один мой однополчанин, Георгий из многострадального рода Семецких, трагически погиб в результате высадки их абордажной группы на транспортник.

После вторжения Орды они не только не прекратили свои попытки ввергнуть Империю в анархию, а только усилились.

Орландо Мендес, мой однокурсник из прошлой жизни и дед моего партнёра по мрачным делам из жизни нынешней, сказал как-то, что «Бригада Отчужденцев» — правая рука Орды.

Нет уж. Если откажется, что это они, решил я — развернусь и улечу обратно. Хрен с ним с деньгами. Расплачусь по долгам и без этого. Продам что-нибудь. И с титулом хрен. Есть принципы, которые я точно не готов переступать.

— Это может быть подставой? — спросил я.

— Нет, — покачала головой Октавия. — Мы с Евгением проанализировали ваш диалог с Баженовым и сделали вывод, что он либо не врёт, либо очень хорошо верит в то, что говорил.

— А говорил он, что они большие профессионалы и вообще надёжные ребята, — усмехнулся я. — Тут я с ними соглашусь.

— Но это не соответствует с твоим принципами? — догадалась Даша.

Я кивнул. Да. Хорошо она меня изучила.

— С моими, кстати, тоже, — сообщил Евгений. — Я бы шмальнул по ним, если можно.

— Можно. Мы дадим бой, если потребуется. Но в первую очередь нам нужно подготовить план для отступления.

— Черновик плана уже есть, капитан, — сказала Октавия.

Мы ознакомились, подправили, и я согласовал его.

Тринадцатый булыжник, а вернее, «Малая планета системы Сефирот номер Тринадцать» был обычным таким металло-ледяным, абсолютно мёртвым шариком. Из-за того, что Сефирот был оранжевым карликом, планет-гигантов у них было на одну меньше, чем у Матушки-Земли. Сами гиганты были поменьше, да и в целом всё крутилось на орбитах куда более плотных, чем у солнцеподобных звёзд. Поэтому звезда Сефирот за кормой оказалась значительно покрупнее, чем на каком-нибудь Плутоне.