Книга Барышня ищет работу, страница 182 – Салма Кальк

Значит — вперёд, к тому документу.

Первый курс сдавал сначала теорию — Афанасию Александровичу. Мне в билете достались виды нежити, и для лучшего балла нужно было подкрепить теоретические знания личными впечатлениями из практики.

Это оказалось легко. Потому что за зиму и за весну я попробовала свои силы против обычных поднявшихся покойников — как говорил Ваня Шилов, забывших, что умерли, и пришедших домой, против необычных поднявшихся, против шатунов и прочих зверообразных, и против древней нежити тоже. Также я рассказала о том, как ходили слушать и наблюдать на места древних сражений — в южные степи, на Куликово поле, на Бородинское поле. Рассказала о мальчике Юре — дружелюбной нежити. И в конце подумала и добавила:

— И ещё темная тварь.

Конечно, я называла Софью Людвиговну, когда только приехала и рассказывала Пуговкину о своих обстоятельствах, но — без деталей.

— Так-так, — заинтересовался Пуговкин. — Где это вам, Ольга Дмтириевна, посчастливилось узреть сей редкостный экземпляр?

— В Сибирске, — тихо сказала я. — Я служила в доме этой женщины. Она питалась жизненными силами своих компаньонок, и подкармливала камеристку. И если бы я не оказалась некромантом — меня бы тоже съели.

— И как же у вас вышло? — так, чует моё сердце, дальше у Пуговкина в лекциях появится ещё один пример.

А я порадовалась, что в аудитории сейчас только четверо однокурсников — Марьяна, Митя Ряхин, Войтек Томашевский и Борис Толоконников. Марьяна пошла со мной — потому что, сказала, со мной не страшно. Митя пошёл в первой пятёрке, чтобы подольше посидеть и придумать, что говорить. А двое оставшихся хотели поскорее отстреляться. Эти не будут болтать.

И я рассказала — как вышло. Как я согласилась на место компаньонки, потому что иначе меня собирались отправить на завод, как являлась ко мне во сне золотая дама, и как всё разрешилось потом — с участием чучела рыси, некроманта Соколовского и Матвея Мироныча.

— После того вас, значит, Болотников да Мишка Соколовский сюда и отправили, — кивал Афанасий Александрович. — Всё верно, тёмная тварь, самая настоящая. Редко встречаются, но и спасибо господу за это. Благодарю за работу, Ольга Дмитриевна, отметка «Отлично». Удачи вам на следующих экзаменах.

Что мне оставалось? Только пойти себе выдыхать, да ждать Марьяну.

В коридоре меня облепили — что и как.

— Да всё в порядке, не страшнее, чем на занятиях, — отмахнулась я. — Кто выучил и расскажет — тот и молодец.

Следующим вышел Томашевский, он как раз оказался молодец, а следом за ним — Толоконников.

— Рядятся они там — кто следующий, Митька или Марьяна, — усмехнулся наш князь.

Впрочем, следующей вышла как раз Марьяна — получила «отлично». А дальше мы ждали, ждали, ждали… Ряхин вышел, весь несчастный и взъерошенный.

— Ну что? — возник рядом Коля Малинин. — Пересдача?

— Не-а, — покачал головой Ряхин. — Хорошо с минусом. Я сам не понял, как. Он же меня наизнанку вывернул. Всё, говорит, ты знаешь, Митька, только сказать ленишься. А чего говорить-то, если делать надо?

Он в последние дни приосанился — потому что, как я поняла, близенько сошёлся с той самой Ангелиной. Ей зашла его невероятная и смертоносная сила, она так и говорила — от одной мысли голова кружится. А ему льстило, что такая знатная и богатая дама обратила на него внимание. Так вышло, что мы с Марьяной оказались в курсе почти сразу же, и я ещё хмурилась.