Книга Барышня ищет работу, страница 140 – Салма Кальк

— Огромное спасибо, а ту я завтра перед занятиями отнесу.

Я прижала книгу к себе и хотела уже шагнуть в свой флигель, но Авенир Афанасьевич остановил меня.

— Вам что было сказано, Ольга Дмитриевна? Чаю выпить, потом только спать. Идёмте, провожу и прослежу.

Он и впрямь проводил меня до самой кухни. Там, несмотря на вечерний час, бурлила какая-то жизнь. Авенира увидели, замахали на него руками — мол, барин, сейчас всё подадим, чего изволите-то, только чаю с пирогами аль посолиднее чего?

Через несколько минут мы с Авениром Афанасьевичем уже сидели в китайской гостиной его отца, между нами висел серебристый шарик, дымился чай в чашках и аппетитно пахли пироги.

19. Компания за чаем

19. Компания за чаем

— Как вам Москва, Ольга Дмитриевна? — спросил меня Авенир Афанасьевич.

— Да я пока не так уж много видела, — честно ответила я. — Совсем не так, как Сибирск.

И совсем не так, как та Москва, которая осталась где-то в моём прошлом.

— Что бы вы хотели посмотреть? Готов составить вам компанию.

— Я бы и рада… компанию, но чувствую, что времени-то у меня и нет. Даже сейчас надо бы почитать что-то на завтра, а я вот с вами чаи распиваю.

— Отдыхать важно, — сказал он. — Гулять, выезжать верхом… вы ездите верхом, Ольга Дмитриевна?

— Увы, нет, — развела я руками. — Не сподобилась.

Не рассказывать же, что видела лошадей только по телевизору да в цирке! А, ещё летом в центре стоят люди из серии «фото с лошадью», но там и лошади вовсе не те, на каких они тут выезжают верхом.

— Это не страшно, можно научиться. У нас есть конюшни, и у отца, и у меня, но вам бы спокойного кого-нибудь подобрать, это батюшкины как раз. Мои-то горячи, — и улыбается так задорно, будто хоть сейчас готов на ту конюшню бежать.

Мне везёт на некромантов-выпендрёжников? Один поражал всех своим авто, хоть то авто и с трудом поворачивалось на улицах губернского города. А у второго, значит, рысаки горячие. Поглядывает на меня из-под светлых ресниц, и каким-то боком так лёг свет, что я увидела — а ресницы-то там ого какие, если накрасить — любая девица в обморок от зависти упадет! Ну а Авенир Афанасьевич не девица, пусть так ходит.

— Как так вышло, что вас совсем не учили? — и смотрит так испытующе.

А я понимаю, что если совру, то он увидит. Да, я теперь это вижу тоже, я понимаю, о чём говорили мне раньше, что маги видят, когда их обманывают. Или наоборот, наговорить всякого, и пусть видит, что неправда, и знает, что я ему не доверяю?

— Так вышло, Авенир Афанасьевич.

— Даже Митьку Ряхина и то чему-то немного учили, дед у него некромант, там сила передаётся через поколение, а то и через два. Говорил — сначала тренировался на крысах в подвале, а потом дед и на охоту за нежитью стал брать.

— Так это не «немного», это прямо основное, как я вижу, — я тут же воспользовалась случаем перевести разговор с меня на кого-то или на что-то другое.

— Вашу соученицу Марьяну Михайловну не учили, но у неё полон дом мужчин обученных, ей нет нужды ни на крыс охотиться, ни на разбойников, ни на нежить.

— А меня никогда в жизни эта самая нежить не беспокоила, — пожала я плечами. — Я полагаю, что у меня отец-некромант, но я с ним незнакома, — и строго глянула на Авенира Афанасьевича, пусть не думает, что это та тема, которая мне желательна и приятна. — Скажите, что я должна знать и уметь, чтобы выдержать итоговый экзамен?