Книга Барышня ищет работу, страница 128 – Салма Кальк

Развернул, разложил поверх других бумаг и чем-то закрепил. Я глянула — о, это ж местный учебный план, какая красота! «Список обязательных к изучению дисциплин для студентов факультета некромантии». Список, к слову, немалый. Я вчиталась. О, тут и общие дисциплины, и магические, последние — теория и практика. Интересно, как происходит практика по некромантии? Узнаю, наверное. А пока…

— Мне бы, конечно, и общие предметы подтянуть, потому что я могу знать что-то совсем не такое, как надо. Например — историю с географией.

— Значит, пойдёшь сегодня, договоришься с преподавателями и возьмёшь учебники в библиотеке. К полудню, думаю, все уже окажутся на своих местах, а библиотека у нас работает с утра и до вечера, опять же, сейчас почти у всех промежуточные экзамены, читальный зал наверняка полон.

Это дома у меня часть учебников уже оцифровали, и за ними в библиотеку ходить не надо. А здесь — всё по старинке, ходи, бери и читай. Ладно, схожу, ничего страшного.

— По теории всякой пока почитаешь учебники, а как начнётся семестр, будешь ходить на лекции первого и второго курса. Ещё бы иностранные языки добавить, хотя бы парочку, но посмотрим, это потом, как всё остальное устаканится, — говорил Пуговкин.

— А вообще часто так бывает, что возникает вот такой студент, которого нужно впихнуть в учебный процесс и быстро выучить хотя бы основам?

— Бывает, — кивнул он. — Понимаешь, жизнь — штука сложная. И не все маги рождаются в тех семьях, где с детства учат дома, потом отдают в гимназию, а после — в академию или хотя бы в училище. А отечеству нашему маги нужны, любое государство в магах заинтересовано, потому что маги — это ценный ресурс государства. Магов никогда не бывает много, едва десятая часть от общей цифры населения, иногда может быть чуть побольше. Маги — это и природа, и погода, и военные действия, и разведка, и управление, и как в нашем с тобой случае — взаимодействие с силами смерти. Контроль прорывов — потому что они нет-нет, да случаются. И несут нешуточную опасность для всего живого. Понимаешь, будь ты стихийницей, отправил бы тебя сегодня Мезенцев готовиться и держать вступительный экзамен обычным порядком. Летом, со всеми остальными. Но тебе посчастливилось родиться некромантом, а он отлично знает, какие редкие и ценные это звери. Государственный ресурс.

— Скажите, Афанасий Александрович, а государь, он… маг?

— Маг, — кивнул он. — Не слишком могучий маг-стихийник. Государыня императрица не маг, а цесаревич и сёстры его — там по-разному. Кто-то маг, кто-то нет.

Если здешние цари — маги, может, у страны есть шанс?

— А… революция — она против кого? Против царя? Против богатых? Или против магов?

Дома-то было «долой самодержавие», а здесь как?

Пуговкин вздохнул.

— У кого против царя, у кого-то против сложившейся государственной системы, а у кого-то просто против его жизненных неурядиц.

— Таких всегда хватает, у кого против неурядиц. Они, правда, больше кричат, чем реально делают.

— Всякое случается. Но ты смотри — если что, за революционную деятельность отчисляют без права восстановления. Если с первых трёх курсов — то отправляют потом в училище доучиваться. А если четвёртый-пятый, то экзамен на месте и диплом магического училища.

— А с дипломом училища меньше возможностей для работы? — догадалась я.