Книга Барышня ищет разгадки, страница 6 – Салма Кальк

— Это не имеет никакого значения. Потому что пока я несвободен, её для меня не существует. А когда и если я освобожусь, вот тогда и поговорим.

Он тогда не остался и ушёл, и потом, уже в Сибирске, проспал двое суток кряду, Алёшка даже беспокоиться начал — что такое с барином, спит, не просыпаясь. Но пять с половиной тысяч вёрст в одну сторону, да столько же обратно — не набегаешься тенями-то, даже для опытного некроманта. Потому и спал.

А отец сам явился к нему через два месяца. И сказал, что не может разыскать Куницына, и спросить его о дочери. Но при том все магические действия говорят о том, что тот жив, но не могут указать то место, где он находится.

Значит, только ждать. Или уже не ждать.

И закопаться по уши в служебные дела, благо — их тут столько, что ещё на троих некромантов хватит. И даже удалось, закопался.

Пока Болотников не сказал, что возвращается Лёля.

Что они там, в Москве, идиоты слепые? Почему никто её не разглядел и не оставил? Не увлёк, не влюбил, не восхитил? Замуж не позвал, в конце концов? Можно договориться о службе в другом месте, даже после того, как дано обещание вернуться. Найти того, кто согласится поменяться по какой-нибудь причине, например, за деньги или ещё какие услуги. Так делают.

Нет, она почему-то вернулась. Это хорошо, будет ещё один некромант.

Но как же теперь с ней вместе что-то делать?

Часть четвёртая. Ольга и заморское чудовище

1. Снова Сибирск

Я мастер странных ситуаций. Чего уже только не случилось за год с небольшим, и вот опять — стою посреди гостиной важного чиновника, рядом со мной — куча вещей, и что теперь?

Правда, чиновник смотрит благостно. Очевидно, доволен.

— Рад, Ольга Дмитриевна, очень рад, что вы вернулись.

— А я разве я могла не вернуться? У меня же это, магический контракт.

— Я, честно говоря, полагал, что вы будете учиться сколь возможно долго, а потом договоритесь с кем-нибудь из сокурсников, кто был бы готов отправиться к нам сюда, и в итоге мы получим некроманта, а вы — безбедную жизнь в древней столице.

— А так можно было? — усмехаюсь. — Честно, я даже и не подумала. Мне поставили задачу — я стремилась ту задачу решить, вот и всё. Но в летнюю сессию я собираюсь поехать и сдать кое-что, потому что желаю полноценный диплом, сначала кандидата, а затем и магистра.

— Видишь, смертушка, какой бриллиант? — улыбается Болотников.

А я вдруг вспоминаю, как увидела его впервые в доме Софьи Людвиговны — и как мне показалось, что на голове у него звериные уши. Теперь я совершенно точно понимаю, что Болотников — оборотень. Интересно, что за зверь?

А ещё один участник нашей тёплой встречи… почему-то мне очень неловко на него смотреть. Он, как и год назад, весь из себя модно одет — о да, я наблюдала людей в Паризии летом, так вот господин Соколовский среди них бы неплохо смотрелся. Только вот или болен, или ещё что там с ним такое. Какой-то серый весь и осунувшийся. Плохо ест, мало спит? Ну-ну.

И почему же я не подумала, что нам с ним вместе работать? Почему-то за этот год он никуда не делся, ни на какое хорошее место. И его превосходительство папенька ему это место не подогнал. Поссорились? Или он сделал что-то такое, за что его лишили наследства? Или…