Книга Ангелина. Проклятая сила, страница 95 – Салма Кальк

Когда я после ужина пришла в свою спальню, то первым делом услышала:

— Тебя наконец-то отчисляют? — спросила Стеша.

— Нет, дадут нового учителя и новые уроки, — пожимаю плечами. — Хочешь тоже? Я спрошу, пусть и тебе дадут.

— Делать мне нечего, только ещё уроки учить, — фыркнула Стеша и замолчала.

Ночью я просочилась в пустую спальню и позвала своих тамошних друзей — нужно было обсудить с ними всё происшедшее.

— А мы слушали, — заявил Стёпка. — Всё слышали, что тебе говорила эта приезжая!

— И что, она маг? — вдруг они точно знают.

— Она маг, — кивает Нюта. — Она не такая, как все остальные. И не такая, как ты, хоть ты тоже маг.

— Она сказала, найдёт мне учителя.

— И правильно, — кивает Маруся, — учиться надо. А магу особенно надо, ему нужно всё знать и как обычному человеку, и как магу тоже.

Звучало очень разумно, но я просто не могла поверить, что в месте-времени, где и близко нет привычных мне представлений о том, как учить детей, что нужно знать для жизни и прочее, и бесплатного образования тоже нет, кто-то добровольно займётся моим обучением. Но впрочем, я погляжу.

Воспитатели и учителя смотрели на меня с некоторым страхом — я очень хорошо это ощущала. И точно знаю момент, когда новые сведения обо мне просочились к детям.

Ко мне в столовой подошёл Ванька-Мокрый и спросил:

— А ты что, прямо настоящий маг?

Естественно, спросил громко, на всю столовую. Я чуть по лбу ему не дала от полноты чувств.

— Сказали, что да. Я сама пока не знаю, — и плечами пожать. — Сказали, будет знающий человек, он посмотрит и скажет, да или нет. И научит, что с этим делать.

— Что делать, как раз ясно — деньги заколачивать, — усмехнулся рядом Тимоха. — Маги все богатые.

— И за что же магам платят деньги? — или что об этом знают дети?

— Да за всё. За охрану, за то, что видят, правду им говорят или врут, за то, чего не может сделать обычный человек.

— Я ничего такого не умею, почти, — пожимаю плечами. — Мне не за что деньги платить. Мне учиться надо.

— Тогда хорошо, если найдётся учитель, да. А играть-то дальше будем?

— Будем!

Разбойников оставалось пятеро, они оказались совершенно неуловимые. Если за два дня никого из них не поймают, разрешу завербовать ещё одного человека.

А на следующий день в обед в столовую явилась Ольга Зиновьевна с Марией Владимировной и молодым подтянутым мужчиной, хорошо одетым.

— Вон она, Апрелкова. Ну, или Голохвостова, — кривится начальница. — Апрелкова, иди сюда.

— В самом деле, девочка-некромант. Редкость, между прочим, — замечает неизвестный мне мужчина. — Но наверное, у Голохвостовых встречаются. Так, девочка, поела? — и после моего неуверенного кивка продолжил: — Значит, ступай одевайся, поедем с наставником знакомиться.

— А я потом вернусь? — спрашиваю неуверенно, но нужно же понимать.

— Вернёшься, куда ты денешься, — отвечает мужчина. — Вряд ли господин Каминский будет готов заботиться о тебе постоянно, впрочем, мы узнаем у него.

Я киваю и иду одеваться. Получаю у Глафиры одежду, собираюсь, думаю — что взять-то с собой? Ничего такого не сказали, значит — так обойдусь. И где-то через четверть часа подхожу к парадному выходу из дома.

Меня уже поджидают — Мария Владимировна, тоже одетая, и мужчина. Кивают мне — иди, мол, следом — и выходят наружу.