Книга Ангелина. Проклятая сила, страница 75 – Салма Кальк

— Где можно спрятать две подсказки, чтобы их не сразу, но легко нашли?

Моя компания призадумалась.

— На лестнице, что ведёт наверх, — быстро сказала Маруся. — Там ступени рассохлись, можно между досками затолкать бумажку.

— Здорово! — годится, да, и лестница в таком месте, где толпы мимо не ходят.

— Где-нибудь вокруг чёрного хода, там тоже немного ходят, — кивает Туся.

— Возле кладовых — если не поймают, то дело верное, — предлагает Нюта.

В общем, мне накидали несколько хороших мест, и оставалось — зашифровать два из них и записать это в записках, а в третьей сказать, что новый этап начнётся спустя ночь после завершения первого. А там я дальше придумаю.

К сожалению, мои призрачные друзья не могли переносить и прятать эти самые записки, а это было бы прямо идеально.

— Да ты сама можешь так пройти, что тебя и не различит никто, — сказала Люба.

— Может, и могу, да не умею, — пожала я плечами. — И никто меня пока не научил.

— Значит, просто иди сейчас, пока все спят, — говорит Стёпка. — А мы с тобой, если что — отвлечём, — и хихикает, всё, мол, ему по плечу.

— Как я дверь-то отопру? На засов же закрыто!

— Как-как, как все маги, — нимало не смущается тот же Стёпка. — Они, говорят, вообще всё могут, что хотят.

— А ты видел хоть одного? — что-то я сомневаюсь.

— Не-а, но сказки-то слышал!

— Сказки все слышали, а дверь как открыть?

— Встань перед дверью, закрой глаза и представь, будто ты стоишь с той стороны и открываешь эту дверь, — говорит Маруся.

— Ладно, ваша взяла, попробую.

Я встаю перед дверью, представляю себе эту дверь с другой стороны — она толстая, крашеная голубой краской, краска облупилась, а засов такой толстый, из деревянного бруска, плотно заходит в металлические пазы… неожиданно я так хорошо увидела эту дверь, что шагнула вперед, куда-то, в непонятное мне место, но вышла из него в коридоре.

Что это? Я вышла наружу? Оглядываюсь — точно, дверь, засов, всё, как полагается. Так, а вернуться я смогу? Зажмуриться, представить запертую спальню, сделать шаг… снова я как будто шагаю через место непонятное, но — оно работает, я оказываюсь внутри. И не нужно открывать никакой засов.

Вокруг меня прыгают и пляшут какой-то дикарский танец мои дружочки.

— Ты смогла, ты научилась!

— Ты теперь попадёшь, куда захочешь!

— Тебя не удержат никакие замки!

И я тоже радуюсь и прыгаю вместе с ними, а потом — ещё раз шаг за дверь, и мы все вместе на цыпочках прячем записки — между ступеньками лестницы на верхний этаж, и в щели возле двери чёрного хода. И потом я одним длинным шагом легко возвращаюсь в пустую спальню.

Я смогла! И дальше смогу, непременно смогу.

Утро наступило, как было обещано — меня подняла до общего подъёма Эмилия Карловна, привела в спальню и велела разобраться с постелью. Я не спорила — потому что чего толку спорить? От её строгого и громкого голоса проснулись Тася и Стеша, и Стеша даже попробовала возмутиться — мол, рано же ещё, в коридоре тихо, и общий подъём не кричали!

— Степанида, я предупреждала, что глупые шутки необходимо прекратить, но ты меня не услышала. Терпи теперь. А будешь спорить — пойдёшь стирать простыню Лины сама.

Стеша как только услышала эту необычайно суровую для нашей Эмилии отповедь, так сразу же рот и закрыла. А когда Эмилия ушла, то пробурчала что-то вроде «ещё получит». Я услышала и негромко сказала: