Книга Наследие графского рода, страница 138 – Таисия Тишь

Тишину нарушил шорох. Павел, всё это время сидевший на кровати как мышонок, сполз на пол. Он подошёл не к матери, и не к Юре. Он подошёл к саквояжу. В его руках была книга, тот самый «Остров сокровищ». Мальчик молча, с пугающей для ребёнка решимостью, вынул из саквояжа свою рубашку, которую Мари только что туда бросила. Положил её на стул. А на её место, на самое дно пустого чемодана, положил книгу.

— Мы не поедем, — тихо, но твёрдо сказал он.

Мари растерянно моргнула.

— Паша, мы…

— Нет. — Он покачал головой и посмотрел на мать тем самым взглядом, в котором она видела отражение Юры. — Вы обещали. Ты говорила, что дядя Володя сохранил книги, много книг. — Мальчик повернулся к Юре, который сидел, опустив голову. — А ты обещал показать. Сказал: «Одним глазком взглянем на настоящие сокровища». Ты сказал, что там есть лестница, чтобы достать до неба. Если мы уедем, то лестницы не будет. Будет как раньше. Темно.

Юра поднял глаза. В горле встал ком. Да, они говорили об этом вчера. Мечтали вслух, пытаясь отвлечь Павла от серости гостиничного номера.

— Паш… — Он осторожно коснулся руки мальчика. — Я не могу обещать, что те книги нас дождались. Петроград далеко, и там… там сейчас сложно. Дом может быть пуст.

Лицо Павла дрогнуло, губы задрожали. «Темнота» подступала ближе.

— Но я обещаю тебе другое, — быстро и твёрдо сказал Юра, глядя на него не как взрослый на ребёнка, а как старший брат на младшего. — Если старых книг нет, мы купим новые. Самые лучшие. Мы соберём твою собственную библиотеку, Павел. Книгу за книгой. А лестница… Если не найдём дома, я отведу тебя в Публичную библиотеку. Там залы больше, чем вокзал, а лестницы такие высокие, что голова кружится. Мы залезем на самый верх.

Глаза мальчика расширились. Надежда, готовая погаснуть, вспыхнула снова.

— Правда? До самого потолка?

— Считай, как до самого неба, — серьёзно кивнул Юра. Он на секунду замолчал, а потом медленно повернул голову к Мари. — Если мама не против.

Эта фраза повисла в воздухе. Мари смотрела на сына, который вцепился в колено Юры, как в мачту во время шторма. Она перевела взгляд на Юру. Он не решал за неё. Он спрашивал, отдавая ей руль, оставляя за собой лишь право быть рядом и держать лестницу.

«Если бы ты сейчас попытался меня уговорить, я бы ушла. А ты просто ждёшь. Ты всегда просто ждал, пока я решу сама. Даже тогда, в шестнадцать лет.» — пронеслось у неё в голове и от этой мысли почему-то стало легче.

Её плечи окончательно поникли. Мари медленно выдохнула, словно выпуская из лёгких весь яд этого дня.

Она не знала, простила ли. Не знала, сможет ли когда-нибудь смотреть на его профиль и не вспоминать его отца. Но она знала другое: Юра ждал не прощения, он ждал, что она выберет.

Мари поняла: она выбрала. Не тогда, когда Павел положил книгу в чемодан. Не тогда, когда Лидия сказала «он нам нужен». И даже не тогда, когда он произнёс это своё «прости». А сейчас. Глядя на этого сломанного, упрямого человека, который не обещал ей ничего восемь лет назад, и всё-таки вернулся. Который только что добровольно отдал ей право сказать «нет», замер в ожидании, боясь дышать.

«Анна — не Александр», — кольнуло вдруг. И тут же: плевать. «Ей плевать, и мне плевать». Но Юра… Он не командовал. Не решал за неё. Просто ждал.