Книга Город веселья и злобы, страница 212 – Алексис Л. Менард

Моя мать была воплощением Хаоса и создала это место, чтобы ее хаос множился. Мир за Порогом Забвения ответил не на его зов, а на мой. У него было время сделать шаг с берега, но я опустила руку в воду и выпустила пламя на поверхность воды, дав ему разбежаться в разные стороны, так что его языки накрыли реку трепещущими тенями. Он не осмеливался выйти на мелководье. Пусть мое пламя и не уничтожило его, как всех прочих, ему все равно не нравилось с ним соприкасаться.

— Ты не сможешь убить меня сама, – насмехался он. – Ты не обладаешь полной силой, Отмеченная. Ты лишь малая ее часть, и тебя не хватит, чтобы сокрушить меня целиком.

— Может, и так, – процедила я сквозь зубы. – Но ты все равно будешь гореть. Войди в воду, если так уверен, что я не смогу причинить тебе вреда.

Он не двинулся с места, а я с усмешкой оттолкнулась концом весла от дна и повела лодку по руслу реки, пытаясь поймать течение. Лишь тогда я отпустила руль, позволив суденышку плыть по реке моего Хаоса. Когда стало ясно, что Святой не сможет последовать за мной, я опустилась на колени в промокшую груду парчи и велела лодке плыть быстрее. Силы покидали мое тело, пока поток уносил меня все дальше от мира за Порогом Забвения.

Я не знала точно, куда он меня несет. По правде говоря, это было уже и не важно.

Тот, кто стал моим домом, тот, с кем я хотела быть вместе навсегда, умирал, и я не могла этому помешать, равно как не могла вернуться в прошлое и изменить все, в чем его подвела. Я винила себя за его смерть больше, чем винила моего брата, больше, чем всех Фиренце. Потому что я видела, что с Арамисом что-то не так, но все же верила в лучшее, что есть в моем кровном родственнике. Раз за разом он давал мне понять, что он не на моей стороне, но, пережив столько потерь, я хотела лишь сохранить то немногое, что осталось от моей семьи.

И это глупое ребячество стоило мне всего.

— Я найду отсюда выход. – Голос Дающего эхом разнесся у границы тумана. – Ты открыла врата за Порог Забвения, дочь. Больше меня ничто здесь не держит.

Я открыла то, что было запечатано. Я получила то, что искала Далила. Отметина на моей спине, метка, что оставил на мне демон, была не от огня – огонь я все время носила в себе.

Это был ключ. Словно посланник знал, что однажды он мне понадобится. Словно я с самого начала должна была открыть это место.

Мои мысли были заняты лишь попытками все это осознать, когда темный туман накрыл узкую лодочку и я провалилась в сон без сновидений и мыслей о доме.

Она пропала.

Пламя Камиллы исчезло, забрав ее с собой. Тьма внутри барьера закружилась неистовым вихрем и внезапно успокоилась, оставив после себя пустой круг. Несмотря на рану в боку и обжигающий кровь яд клинка Девятки, уже начавший действовать, я беспокоился лишь о ней.

Феликс тоже был обеспокоен, но совершенно по иной причине, и лихорадочно расхаживал по кругу, как будто этим мог заставить ее вернуться.

— Какого хрена, Арамис? Где она?

Этот идиот заартачился.

— Я… я не знаю! Она никогда раньше так не делала!

Феликс на какое-то время угрожающе замолчал. Символы, которые женщина-алхимик нарисовала на коже Арамиса, потемнели и больше не светились, лишившись связи со Следом Камиллы.

— Я тебе не верю, Маркезе. Оставайся здесь, пока мы не найдем твою сестру.