Книга Город веселья и злобы, страница 189 – Алексис Л. Менард

— А не покажется странным, что мы прячемся по коридорам, пока все остальные собрались в главном зале?

На пути оказался еще один коридор. Как я поняла, он проходил через правую часть дома. Если ориентироваться по карте, которую начертил Арамис, особняк Фиренце, по сути, состоял из правого и левого крыла, соединенных большой территорией для приема гостей. На втором и третьем этажах были коридоры, ведущие на север и юг к главному залу, где проходил праздник, и можно было наблюдать за происходящим сверху, удобно расположившись в одной из нескольких зон отдыха. Комнаты живших здесь Фиренце располагались на разных этажах на некотором расстоянии друг от друга. Даже Арамис не мог сказать о назначении каждой из комнат: их было больше тридцати.

Аппетитный запах жареного мяса, пряностей и свежеиспеченного хлеба вел нас налево, возвращая к главному залу. Люди парами расходились по углам зала, чтобы поболтать наедине, спасаясь от шума. Обслуга, которую можно было узнать по униформе – накрахмаленным белым рубашкам и белым перчаткам, – сновала между группами гостей и исчезала за распашными дверями. Это место Арамис на карте не отметил.

— Я сейчас вернусь, – тихо произнес он. – Ни с кем не заговаривай, пока меня нет.

Прежде чем я смогла возразить, он скользнул следом за одним из слуг. Брат выглядел достаточно уверенным в себе, чтобы знать, что он делает, так что я прошлась по коридору, чтобы занять себя хоть чем-то. Мне не терпелось хоть краем глаза взглянуть на праздник, пусть даже рискуя привлечь чье-то внимание.

— Простите, мисс!

Я свернула в сторону как раз вовремя, уклонившись от чуть было не задевшего меня подноса, заставленного пустыми бокалами из-под игристого вина. Официант ловко обошел меня слева, когда я увернулась от него, освобождая место для широкого подноса. Это был настоящий хаос – наблюдать, как обслуга уходит с полными подносами и возвращается с пустыми в непрерывном цикле, подпитывающем кутеж.

Бархатные портьеры обрамляли арку, ведущую в главный зал, и, несмотря на мое презрение к семье, владевшей этой легкомысленной демонстрацией богатства, которую они называли домом, мои глаза невольно расширились от удивления, когда я увидела все это.

Четыре хрустальных люстры свисали с потолка по углам комнаты, мерцающий свет свечей отражался в роскошной потолочной плитке и подчеркивал теплый бронзовый цвет ее скошенных граней. Мой взгляд упал на кованые железные перила вдоль верхних уровней, откуда за нами с безопасного расстояния должен был наблюдать мой брат.

Оркестр из десяти человек играл у дальней стены, но никто не танцевал. Все вели разговоры, стараясь перекричать музыку и ревущие духовые, создававшие фон для праздника. Я продолжала искать глазами Нико, его кузена и парня, читающего мысли, которого они взяли с собой.

Словно жаркое дыхание у щеки, по подбородку слева прошел легкий ласковый ветерок, осторожно направляя в сторону группы людей, которые стояли у высоких окон, выходящих на задний двор дома Фиренце. Нико, Финн и Лотар расположились у стола, делая вид, что выпивают и курят, судя по тому, что на столе находилось.

Я почувствовала легкое давление в висках. Финн, должно быть, читал мои мысли на случай, если мне понадобится что-то им сказать. Я дала ему знать, что довольна тем, как мы преодолели первое препятствие в нашем плане.