Книга По его правилам, страница 90 – Маша Малиновская

Уже начинало темнеть, включились уличные прожекторы, и бал был объявлен открытым. Мы всем классом станцевали красивый вальс, а потом заняли свои места. Почти всё время, что мы сидели, Демид держал меня за руку, а когда вручали аттестаты, и мне надели ленту с медалью, встал и начал аплодировать стоя. А за ним и весь класс.

Среди родителей я увидела и отца Демида, рядом была красивая женщина с такими же яркими голубыми глазами, как у моего Бахурина, а когда она улыбнулась, на щеках заиграли ямочки, я убедилась, что это его мама. Его родители также вышли поздравлять сына при вручении аттестата.

Потом были трогательные речи, прощальные песни и душевные пожелания. Мы прощались со школой, а школа с нами. Когда поздравляли Веру Васильевну, едва удалось сдержать слёзы. Всё-таки она прекрасный человек, замечательный учитель и была столько лет для нас классной мамой. Всегда имела своё мнение, даже если оно отличалось от мнения администрации. И даже родителей. С Бахуриным ведь она меня так и не рассадила.

В конце каждый из нас отпустил в небо воздушный шарик, и каждый внимательно следил, куда полетит именно его. Чей-то поплыл над городом низко, чей-то понесло ветром в сторону, но я с замиранием сердца следила лишь за двумя. В груди ёкнуло, когда наши шары вдруг стукнулись друг о друга и разлетелись в стороны, а потом их подхватил летний ветер и понёс друг за другом, уже почти скрывшись высоко в небе, было видно, что вихрастые ленты шаров переплелись, перепутались так, что никакая сила не способна разорвать их.

— Ты побледнела, — шепнул мне на ухо Демид.

— Шарики разлетелись.

— Это всего лишь шары, Маркиза. И они всё равно встретились, ты же сама видела.

Я кивнула и положила голову ему на плечо. За толпой уже были слышны звуки моторов — это подъехали автобусы, чтобы отвезти выпускников, учителей и родителей в ресторан.

Нам дали время, чтобы пофотографироваться у школы, и тут как раз Демид и познакомил меня с родителями. Подвёл к ним, приобняв за талию и легко прижав к себе.

— Мама, папа, познакомьтесь, это Злата — моя девушка.

Вот так просто и открыто. Как всё у Бахурина. Без лишних слов и движений.

«Моя девушка».

Пора бы уже и привыкнуть, но каждый раз сердце замирает. Особенно, когда он говорит это своей матери. Ну и отцу тоже, конечно, но к нему у меня предвзятое отношение.

В ресторане выпускники сидели в отдельной зоне от учителей и родителей. Оно и лучше, можно было хоть немного расслабиться. На танцзоне встречались все, конечно. Было так интересно наблюдать, насколько весёлыми и открытыми могут быть учителя. Когда забыты все проказы и обиды. Вера Васильевна, несмотря на свой уважаемый возраст, перетанцевала со всеми парнями из класса, и когда некоторые выпускницы устало обмахивались клатчами, развалившись на своих стульях, наша теперь уже бывшая классная руководительница танцевала без устали. Даже физрук, полгода пробывший с переломом на больничном, вполне бодро зажигал.

Ну и родители, конечно же, не отставали. Несколько раз диджей включал музыку прошлого десятилетия, и тогда поднимались на танцпол все: и учителя, и выпускники, и родители. Было классно, весело. Некоторые, конечно, слегка перебрали. И среди них, кстати, Соколова. Они весь вечер с Пашей метали друг в друга молнии. Вроде бы и сидели рядом, и танцевали несколько раз, но что-то между ними сегодня явно пошло не так. Но это, собственно, не моё дело.