Книга Источник для захватчика, страница 36 – Маша Малиновская

Не знаю, как долго я обливалась потом от жара, затопившего моё тело, но в это время Хэт и ещё несколько врачей колдовали над командором, а этот прибор продолжал пищать. Я заметила, как дважды его тело выгнулось дугой, ему что-то вводили и всё время констатировали время. Когда жар начал отступать, одна из медсестёр сказала: «Девять минут. Она готова», и они подключили меня к командору.

Кровь ползла медленно и долго, а доктор Хэт, оставшись один из врачей в палате, внимательно смотрел на мониторы с показателями. Моя голова начала кружиться, а в груди стало как-то нехорошо.

— Ещё немного, девочка, — прошептал врач, — ещё совсем чуть-чуть.

Он продолжал ещё какое-то время без отрыва смотреть на монитор над головой пришельца, а потом быстро подошёл ко мне и выключил аппарат переливания. У меня перед глазами расползались жёлтые круги, а воздуха, казалось, в комнате недостаточно.

Доктор Хэт, не отстёгивая меня от кресла, подключил капельницу с прозрачным пакетом жидкости. Наверное, физраствор. А потом укрыл одеялом и откинул немного спинку кресла. Вон как заботятся о единственном источнике такой важной шишки как Тайен Яжер.

А потом меня унесло. То ли уснула, то ли сознание потеряла. А может доктор снотворное добавил. Но сон мой был весьма странным. Я будто бесконечно куда-то то бежала, то летела, и не могла остановиться. И когда я снова открыла глаза, то чувствовала себя очень уставшей.

В палате никого кроме меня и лежащего всё на том же столе командора не было. Мои запястья уже был свободны, и я, откинув покрывало, встала. Было тяжко. Кончики пальцев дрожали, а в голову словно ваты натолкали. И не побоялись они меня оставить одну с командором в палате? А если я сделаю ему что-нибудь?

Но, конечно, ничего я делать не собиралась. Мне захотелось взглянуть на него поближе.

Я подошла к столу. Выглядел командор всё так же ужасно, но его грудь вздымалась спокойно и размеренно. Я не хотела его смерти. Вопреки здравому смыслу.

Мне вспомнилась его искренняя улыбка, когда мы ужинали ночью, его странные глаза. Хотелось чем-то помочь. Наверняка же жутко неудобно лежать на этом плоском столе, на котором из удобств лишь маленький подголовник и тонкая простынь, прикрывавшая лишь половину тела. Тут же холодно. Я взяла с кресла покрывало, которым укрыл меня доктор и набросила на командора. Но прежде чем подтянуть тёплую ткань к горлу, я невольно засмотрелась. Серебристые полосы, такие необычные, тянулись из-за ушей по шее почти до середины груди, стремясь друг к другу, но не соединяясь. Они странно переливались и слабо поблёскивали. Я смотрела как завороженная, с трудом преодолевая желание прикоснуться. Но потом в коридоре послышались шаги и я, резко отдёрнув руку, быстро укрыла командора до самого подбородка.

В палату вошёл доктор Хэт и странно посмотрел на меня и на укрытого командора. Я вдруг почувствовала себя невероятно глупо. Неужели бы медики не догадались оградить кроктарсца от переохлаждения. А вдруг у него совершенно иная теплорегуляция, и ему ни по чём даже совсем низкие температуры.

— Мне показалось, тут холодно, — зачем-то попыталась оправдаться я.

— А сама как? — благо доктор решил не заострять внимание на моём порыве заботы.

— Слабость, — я пожала плечами.