Книга Найду тебя. Часть 1, страница 44 – Маша Малиновская

Я задыхаюсь, но продолжаю. Потому что не хочу, чтобы он видел слабость. Внезапно осознаю, что не хочу дарить ему этого удовольствия. Он ведь этого и добивается! Чтобы я признала поражение. Чтобы сдалась и взмолилась пощадить.

А кукиш тебе, пиздюк мафиозный. Я тебе не сахарная девочка.

— Шевели батонами, существо, — говорит прищурившись. — Дохлая ты какая-то.

— Сам ты дохлый, — рычу сквозь зубы, прибавляя ходу.

Придурок реально решил мне тренировку устроить. После бега он заставляет меня отжиматься, делать упражнения на пресс, висеть на турнике. О том, что я ещё и подтянуться раз двадцать могу, я решаю умолчать. Нефиг ему всё знать, не слезет ведь, тренер недоделанный.

— Очень неплохо, существо, — кивает, когда мне хочется закатиться по лавочку и остаться там хотя бы на сутки, чтобы поскулить от усталости. А время, между прочим, шесть утра только. — В следующий раз попробуем бокс и стрельбу из лука.

Бокс? Серьёзно?

— Ты переоцениваешь мои способности, кукловод, — “долбанный” я решаю произнести про себя.

— О нет, я раскрываю твой потенциал, существо, — сочится иронией в ответ. — А сейчас приводи себя в порядок и приберись в гостиной после вечеринки.

Конечно, мой господин, блядь.

Он сваливает, уводя рысь с собой, а я ложусь на лавочку, упираясь лбом в неё и пытаясь перевести дыхание. Но мою усталость скрашивает капнувшая на студенческую карту недельная зарплата, о которой приходит смс-уведомление на смартфон. При наличии увеличившегося на двадцать тысяч рублей баланса даже настроение немного улучшается, хотя Вяземского я по-прежнему дико ненавижу.

Пока убираюсь, у меня коленки подгибаются. Мышцы у меня, конечно, не слабые, сама я класса с седьмого зарядку делаю и бегаю время от времени, на скакалке прыгаю. Валик, сосед по улице, научил боксировать — у него во дворе старая латаная груша висела. Точнее, мешок с песком.

Но меня всё равно штормит после этой непрошенной тренировки. Я бы вот лучше лишний час поспала, нагрузки мне сейчас и так достаточно.

Пятый полиэтиленовый мешок с пустыми бутылками и прочим мусором собран. Я ставлю его на выходе из гостиной. Теперь надо всё это вынести на задний двор, пропылесосить мебель, загрузить посудомойку и вымыть пол в гостиной и все доступные поверхности. А потом заняться Ритой. Она ещё не выгуляна.

А потом наспех привести себя в порядок и к девяти сорока успеть в университет. Уж не знаю, планирует ли Вяземский сегодня на пары, но мне точно надо.

В девять я залетаю в душ и наскоро моюсь, а потом несусь на остановку с недосушенными волосами, ощущая, как каменеют перегруженные мышцы. В автобус залетаю уже когда тот начинает отъезжать от остановки. Ноги не сгибаются, и я плюхаюсь на свободное сиденье, с трудом сдержав стон. Подвигаюсь к окну и заранее договариваюсь с совестью, что вряд ли смогу уступить место какому-нибудь божьему одуванчику, спешащему в собес или поликлинику. Хотя, все одуванчики, думаю, поехали в собесы и поликлиники ещё часов в шесть утра.

— Сотникова, за опоздание сдадите работу на пять минут раньше, — недовольно говорит преподавательница, когда я забегаю в аудиторию через пару минут после звонка.

— Вы же ещё даже не начали, — пытаюсь возразить, но меня смеряют таким взглядом, что желание спорить сразу отпадает. Ещё выставят с занятия, как потом отрабатывать? Это если бы кто-то другой из группы возмутился, Оля Акунина, например, или Наташа Баринова. А я… таких, как я, никто слушать не хочет.