Книга Тайга заберет тебя, страница 93 – Александра Косталь

Парень тем временем вгляделся через прутья забора и, подняв голову к окну, в котором совсем недавно мелькнул свет, пропел:

— Леночка, дорогая! Выйди, порадуй глаз, а то все прячешься от мужа, как чужая! Али секреты от меня какие?

От его голоса, звенящего как хрусталь, у Владимира на мгновение потемнело перед глазами. Так обычные люди не говорят и даже не поют.

Так звучит сама тайга.

— Эй, ты, – грубо бросил он, привлекая внимание паренька. – Кто такой и чего надо в поселке?

Тот нарочито медленно обернулся, улыбаясь так, словно ему кто-то вручил леденец. Развел руками, то ли собираясь обнять Владимира, то ли стиснуть, но те безвольно рухнули вдоль швов.

— Чей будешь, мужик? Неужели к моей жене захаживал? Да-да, по глазам вижу. Так я не жадный, мне главное ребенка своего забрать, а то как-то нечестно получается, да? Столько лет уже прошло, а я и не видел его. Вот у тебя есть дети?

Краем глаза он заметил, как Лена едва не вплотную подошла к окну, наблюдая, хотя и не зажигая свет и зажимая рот Настеньке, чтобы она не дай бог не издала ни звука, а та брыкалась, совершенно этим недовольная.

Владимир сразу же бросил взгляд обратно на молодого отца, чтобы не вызвать подозрений.

— Зря вернулся, – наконец выдал тот, продолжая держать гостя на мушке. – Ленка живет без тебя припеваючи. Ты мертвый ее глазу явно приятнее, чем живой.

— И что, застрелишь меня? – самодовольно произнес он, вставая грудью вплотную к стволу. Волки поблизости стали рычать, пока не бросаясь на защиту. Глаза паренька были белее снега вокруг, оттого зрачок выглядел бездонной черной дырой. – Ты, мужик, не понимаешь ничего. Так что и не лезь со своей стрелялкой, ладно?

Владимир хмыкнул, не собираясь убирать оружие и беречь этого дурака – думает, что выживет после пули в грудь в упор, пусть и дальше красуется.

— Я этой стрелялкой тебя быстро научу Родину любить. Посмертно, правда, но зато доходчиво.

— Посмертно – это явно не про меня. – Парень покачал головой, отходя назад.

Это было командой – трое волков сорвались со своих мест, готовые загрызть Барса, Тайгу и Владимира. Не думая ни секунды, он нажал на курок, хотя это бы не отменило команды. Пуля прошла насквозь, угождая в одно из окон и с грохотом его пробивая.

Полилась кровь. Ее было так много, что Владимир не мог разобрать: его она, паренька или смешанная с волчьей и собачьей. Волкам пули были нипочем, как и их хозяину, поэтому оставалось лишь откидывать их прикладом. Он не чувствовал боли, но вспышки перед глазами застилали все вокруг, так что даже нельзя было оценить происходящее. Пахло порохом, отовсюду звучал лай, лязг и рычание, смешанные с треском рвущейся плоти.

Но все это было до.

До того, как на лесной тропе появился медведь.

Бурый и огромный, в несколько сотен килограмм весом, он стоял на мощных лапах и скалился, предупреждая, что сейчас бросится напролом и будет раздирать острыми зубами до последней капли крови.

Владимир едва чувствовал руки, когда перезаряжал оружие – одна из них была мокрой и красной, но рассматривать ее не хотелось. На морозе или от страха, но он не мог ощутить всех пальцев и решил, что пересчитывать их точно не время.

Муж Лены нашелся все на том же месте у калитки – он не вступал в бойню, лишь наблюдая и изредка бросая взгляды на окна в надежде хоть что-то разглядеть. Но они с Настенькой пропали, и Владимир обрадовался этому, как единственной хорошей новости.