Книга На дне озерном, страница 72 – Александра Косталь

— Поэтому ты посадила под купол нас всех? – зло бросила она, озираясь по сторонам, но собеседницу не увидела.

— Это несправедливо. Почему только я должна страдать?

— Поэтому ты и девушек у себя собираешь? Чтобы не страдать в одиночестве?

Перекошенное лицо Хозяйки выплыло из темноты и зависло в паре сантиметров от Дашиного – она даже смогла рассмотреть трещинки на зелёной радужке.

— Зря ты вышла из своего домика, раз так настроена против меня. Здесь ты не справишься.

По Дашиному лицу ударила волна и выбросила её на что-то твёрдое. Она оказалась за подобием стола, накрытым на три персоны. На неизвестной конструкции лежала скатерть, сшитая из множества кусков грубым швом, и странного цвета.

Это была человеческая кожа.

Даша попыталась отпрянуть, но поняла, что привязана за руки и ноги к стулу какими-то белыми полупрозрачными верёвками, отдалённо напоминающими…

Она зажмурилась, пытаясь справиться с приступом тошноты. Её притащили на ужин: главным блюдом стояла человеческая голова с какими-то водорослями во рту и закатившимися глазами; по чашкам была разлита тёмная жидкость, напоминающая кровь; а вместо ремней и вовсе использовали очищенные кишки.

Удивительно, что напиток покоился в чашках, хотя по всем законам физики в воде такое было невозможно. Может, они всё-таки находились не на озёрном дне?

Надежда забилась в висках с нарастающей решительностью. Даша задергалась на стуле, проверяя крепость пут. Вытащить руки не вышло, и она начала оглядываться в поисках чего-то острого, чем можно будет разрезать белые ленты.

Как назло, ни вилок, ни ножей на столе не наблюдалось – предполагалось, что главное блюдо нужно есть руками. Которые связаны.

— Забавно, – хмыкнула Даша, и, к удивлению, услышала собственный голос.

Она точно не на дне. А, значит, отсюда есть выход.

— Ты ведёшь себя совсем как я когда-то. Правда, мне тогда было семь, а не двадцать, – последняя фраза прозвучала с нескрываемым пренебрежением. – Ты сама знаешь главный закон дна. Так зачем продолжаешь?

Даша хмыкнула.

— Выйди на свет немедленно. Если сама не испугалась семилетнего ребенка, конечно.

Хозяйка выплыла из темноты, на глазах собираясь по кусочкам. Её рубаха помялась и потемнела от грязных пятен, на щеках остались те же следы. В пальцах она держала осколок стекла, с которого редкими каплями стекала кровь.

Кап. Кап. Кап.

— Не знала, что на дне капли летят вниз, – картинно удивилась Даша. – Про какой там закон ты говорила?

Хозяйка присела напротив, расправляя ткани на коленях. Осколок лёг на кожаную скатерть.

— Чем больше дёргаешься, тем сильнее утопаешь.

Повисло долгое молчание. Она следила за каждым Дашиным движением, не позволяя даже отвести взгляд. Её глаза то светлели, начиная гореть, то темнели, превращаясь в две дыры с переползающими змеями.

— Что, у тебя даже нет вопросов? Ни одного? – рассмеялась Хозяйка, видя, что даже осколок Дашу не заинтересовал. – Например, почему твой друг детства Матвей родился на десять лет раньше тебя и всё детство провел в районе, но вы умудрялись делить власть в одной компании? Или почему твой дорогой друг Виктор, единственный, кто пережил всё, что произошло, и я до сих пор его не убила, как Петра? Который, между прочим, хотел изгонять из меня демона. Или твою бабку, что собиралась выкупить тебя? Или, может быть, почему ты сама ещё жива?